Продана в жены

Из-за того, что раненый Зверь пришел именно на мою кровать истекать кровью, это вроде как и меня делало причастной к непонятному мне конфликту.

Зверь как будто думал о том же самом.

— Н-нет, — пробормотала я.

Он затушил окурок в чайном блюдце. Все еще стоял в пол-оборота ко мне, лицо закрыли слипшиеся волосы.

— Принеси мне одежду, — грубовато продолжил он, только по интонации я поняла, что обращались не ко мне. — Сколько ты взаперти, Лили? Хочешь прогуляться?

Я, понимая, что дело не просто в прогулке, но действительно одуревшая в четырех стенах, кивнула.

Самое страшное, что меня в нем пугало — сексуальность. Но не думаю, что с такой раной он повалит меня на пол или начнет приставать. Зверь дождался, пока девушка принесет ему чистый комплект одежды.

Разделся он прямо при мне.

Стоял спиной, кое-как расстегнул ширинку и сбросил джинсы. Под ними ничего не было, кроме крепких ягодиц и я отвернулась, вспыхнув. Перед глазами стояло его тело: мускулистая спина, ямочки на пояснице. Кожа была темнее волос.

Светлый хвостик с красноватой от крови прядью, выделялся на шее. Господи… Я мужчину голого в первый раз видела, не говоря о таком… И его совершенно не смущало раздеваться при людях. Естественный и дикий.

Пытаясь не показать чувства, я схватила первое, что попалось в шкафу и скрылась в ванной. Оторопело взглянула в зеркало. Голое мужское тело стояло перед глазами, словно на глазах отпечаталась. Никогда я не была такой пунцовой, и так судорожно не дышала.

Ладно, он же совсем не намекал ни на что такое… Просто переодевался.

Путаясь в одежде, я надела кожаные брюки — единственные брюки в моем гардеробе, и вязаный свитер. Как раз для осени. Он был сине-зеленым и безумно подходил к моей зимней внешности.

Я потянулась к ручке двери, стараясь избавиться от мысли: вдруг он пошутил, и сейчас никуда не поведет меня? Когда вышла в спальню, рабыня уже исчезла, а Зверь сидел на кровати, опустив голову. К счастью, полностью оделся. На нем были синие джинсы и футболка, на плечах легкая кожаная куртка.

Перед кроватью валялись расшнурованные ботинки. Из-за раны он не мог их быстро надеть и, видно, пережидал болезненный момент.

— Я помогу, — я опустилась на колени и помогла зашнуровать сначала один ботинок, затем другой.

Зверь наблюдал за мной. Молчал, но я слышала одобрительное дыхание. Он мной доволен. Я крепко затянула кожаный шнурок, и подняла голову. Стою перед ним, как верный паж. Вроде бы, наоборот должно быть.

Я поддержала его под локоть.