Проданная ему

Он сумасшедший, впрочем, мне нравится это безумие, хоть и стыдно в этом признаться. Только вот я не уверена, что смогу.

— Здесь, — Руслан достает мобильный телефон, включает проигрыватель. — Мы просто потанцуем, — хитро сощуривает глаза. По мелодии понимаю, что музыка выбрана случайно, вряд ли такой, как Руслан, будет слушать попсового певца Эмина. Песня знакома, не раз слышала ее по радио в машине у Марины.

Обнимает меня за талию, слишком сильно прижимает к себе, держит меня взглядом, не разрешает смотреть в сторону.

Горячая ладонь ныряет мне под пиджак, шелк слишком тонок, он не спасает меня от жара его прикосновений. Я сгорю, так и не дотанцую эту песню, превращусь в пепел, пусть ветер несет мои частички в разные стороны. Осторожно прикасаюсь ладонями к его груди, его губы приоткрываются, выдыхает сквозь зубы. Склоняется ко мне, осторожно утыкается лицом в висок, легонько целуя ушко, нежно и трепетно. Прикрываю глаза, нежась в его объятиях, доверчиво жмусь, пытаясь полностью ощутить его тепло. И не только.

«Кружимся, кружимся в танце,

Чтобы снова и снова влюбляться

Каждый раз друг в друга.

Просыпаясь утром, вижу твои кудри

И снова верю в чудо.

Кружимся, кружимся в танце,

Чтобы снова и снова влюбляться.

Говорят пусть люди, время всех рассудит,

Ты со мною рядом — и будь уже, что будет».

Еще звучат последние аккорды, Руслан останавливается, обхватывает мое лицо и целует. Я не успеваю понять, хочу или нет этот поцелуй, хочу ли потерять очарование этого танца. Сухие, не терпящие сопротивления губы накрывают мои губы.

Под моими ладонями не в ритм бьется его сердце, каждая мышца напряжена до предела, интуиция подсказывает мне, что он на грани. На грани своего терпения. Язык требовательно толкается внутрь, глубоко, перекрывая мне возможность дышать.

— Хочу тебя, — я скорей понимаю по шевелению его губ, чем слышу. Утыкается лбом в мой лоб, дышит шумно, как после какого-то марафона. Обхватывает мой затылок, тянет за волосы назад, заглядывает в глаза, что-то ищет в них, знаю, что не найдет, потому что я сама еще не знаю ответ.

— Жень?

— Я не уверена. Не хочу, чтобы ты разочаровался.

— Так да или нет? — сводит к переносице брови, черты лица ожесточаются. Вроде не давит, не требует ничего против моей воли, всего лишь спрашивает. Целоваться мне с ним нравится, но… ему этого будет мало. На что-то большее я готова мозгами, но не подсознанием, которое настороженно взирает в черные глаза, вглядывается в бушующее пламя страсти.