Проданная ему

Как же я об этом мечтал — поцеловать ее, ощутить на своих губах ее дыхание.

— Ммм, соскучился? — обнимает за шею, притягивает к себе, но я упираюсь и отстраняюсь.

— Жень! — с укором смотрю на жену, она надувает губы.

— Такое чувство, что ты меня расхотел, как только я перестала влезать в свою одежду и перешла на бесформенные шмотки.

— Дурашка, — улыбаюсь, задирая футболку до груди. Осторожно кладу ладонь на живот, нежно глажу по бокам, смотря на выпирающий пупок. Раз толчок. Губы растягивает дебильная улыбка. Два толчок.

— Он сегодня хорошо себя вел. Видимо испугался, когда я сказала, что если будет хулиганить, все расскажу папе, — Женя гладит меня по волосам. — Я вновь выбирала имена.

— Успешно? — мне по сути все равно, какое Женя выберет имя. Достаточно того, что фамилия моя и отчество, поэтому предоставил ей право выбора. Она отнесла к этому делу слишком серьезно. Ей хотелось особенного.

— Тимур. Марат. Данияр.

— Все у тебя рычащее.

— Мне нравится. Только выбрать не могу. Стелла сказала, что они выбрали уже имя.

— Исмаил.

— Эмин сказал?

— Да. Они решили в этот раз назвать в честь его отца, глядишь мать Эмина оттает, в конце концов. Глядя на него, даже рад, что у меня нет родственников.

— Руслан, — облизывает губы, виновато смотрит на меня. Прищуриваюсь, чувствуя подвох. — Я должна тебе сказать, точнее признаться… — мнется, вижу, что боится мне покаяться в своих грехах, но терпеливо жду.

— Смелее, Жень, я не покусаю, максимум отлуплю, — шучу, вызывая у нее смущенную улыбку.

— Я тут порылась в твоих вещах… — ждет реакции, но я спокоен. В столе у меня всякая ерунда лежит, не представляющая никакой ценности. Я давно все подчистил в документах, провокационную информацию дома не держу.

— И? Нашла что-то ужасное?

— Нет, всего лишь записную книжку, — силюсь вспомнить, что за книжка и что там у меня записано, но не вспоминается. Женя подсказывает. — Там записаны адреса и телефоны.

— И что? Нашла адрес моей любовницы и решила послать ей цветы на день рождения?

— Руслан, ты все шутишь, а я хочу поговорить серьезно.

— Тогда ближе к делу, ты сама начинаешь издалека.

— Я позвонила твоему отцу, — выпаливает на одном дыхании, а я не сразу понимаю, что она сделала. Несколько секунду смотрю на Женю в упор, пытаясь потушить на корню вспышку злости. Выпрямляюсь, сжимаю кулаки, довольно долго молчу.

— Я не просил, — выдавливаю из себя тихим голосом, контролируя свою ярость.