На миг я встретила взгляд Анвара, и он что-то сказал одними губами. Кажется «гости». Улыбка у него снова стала теплой.
Ну, мое дело маленькое.
Я пошарила в своей домашней сумочке, напоминающей просторный карман и вывалила на стол бусины. Вроде бы все. А нет, две куда-то закатились. Залезла в карман поглубже, одним глазом отслеживая свои бусинки.
— Это Огневой, — сказала ниру Сталешу, который протянул руку к бусине. — Не трогайте, активация настроена только на меня и Его Светлость. А это Флока, она не активируется, но действие зелья неоднократное, есть риск не проснуться до нового века… Ту тоже не трогайте! Взорветесь!
К этому моменту я потеряла всякий пиетет к драконам.
Как дети малые, все руками со стола хватают, хорошо хоть в рот не тянут. Одну из потерянных бусин выложила на стол. К сожалению, это был Вешвал, и к нему сразу полезли трое, включая Вороша.
— Сидеть! — выкрикнула раньше, чем они успели коснуться. — Это Вешвал, заклятье вечного служения. Активируется на элементарное вложение силы, если попадете под действие, будете работать на герцогство до могилы без сна и оплаты.
Последнюю бусину выкладывать я предусмотрительно не стала, обошла стол и вложила Анвару в безвольно повисшую руку:
— Это Мгновенная смерть, сама она точно не активируется, там трехэтажное заклинание, я все записала, так… Вот.
Следом выложила записывающий камень, на который наговорила инструкции к каждому зелью. Это все-таки не настойки от насморка, их не пьют и не нюхают.
— Мгновенная смерть… — шепнул кто-то в тишине.
— Отец, отец-дракон, она сделала Мгновенную смерть.
— … ссыпала в карман, как леденцы!
— Милостивый отец-дракон, высыпала Вешвал и Вирху прямо в карман!
Только сейчас я услышала кристальную тишину, стоящую в зале, в которой даже едва слышный шепот звучал криком.
Подняла взгляд на Анвара. Он выглядел теплым, но безрадостным, как человек глубоко смирившейся с чем-то. Кажется, его мои бусины не удивили.
— Ты сделала страшные заклятья, Аль, — не стесняясь присутствующих, он обнял меня, и драконица тут же уютно заворочалась в груди, словно пытаясь пристроится поближе к герцогскому дракону.
Она у меня бесстыдница."
"Заставила себя оглянуться и впервые пожалела, что больше не могу чувствовать. А то бы насладилась собственным злорадством. Драконы с остекленевшими глазами шарахались от бусины к бусине, разглядывая текущие в них потоки силы. Нир Сталеш и вовсе сидел с приоткрытым ртом. Блондинка нарезала круги вокруг Огневоя.
