Может быть, нужна помощь?
Эрвиг бросил в сторону Джонаха взгляд и покачал головой:
— Ему уже не поможешь.
— Надо доставить его тело в королевский замок, — проговорил Вадим, хмурясь.
Осознавая, что все вышло случайно, и он вынужденно защищался, Вадим испытывал неловкое чувство. Потому что, как ни крути, остался тяжелый осадок, брата короля убил он. И все же, с его стороны это был честный бой. Но объяснять кому-то, что ты не верблюд не было никакого желания.
Впрочем, ничего объяснять и не пришлось.
Король Рихарт сам видел все своими глазами.
* * *Джонаха засекли почти сразу, как он поскакал за отрядом. Как обычно, в таких случаях играют решающую роль случайности и мелкие детали. Опознали коня принца, и тут же доложили королю. Естественно, зная, куда направился его брат, тот бросился следом.
Смертельный поединок двух мужчин Рихарт видел из ворот замка. Его младший брат погиб у него на глазах. Когда все закончилось, король въехал во двор, поднимая руку, чтобы успокоить людей, взволновавшихся при его появлении.
За ним следовал вооруженный отряд. Двор постепенно заполнился людьми.
Вадим по-прежнему стоял в центре, держа Мирославу на руках.
— Прости, я не хотел этого, — мотнул головой в сторону мертвого молодого принца.
— Я знаю, — коротко ответил король. — Он сам убил себя.
Странно прозвучали эти слова. Громко. Король обвел взглядом всех кто в тот момент стоял рядом, словно приводя в свидетели. В определенной, даже в очень большой степени, это было правдой.
Кинжал, убивший Джонаха, был брошен его же рукой.
Остановившись напротив Вадима, Рихарт долго смотрел на него, перевел взгляд на женщину, что тот держал на руках. Какое-то время молчал, потом тяжело произнес:
— Пусть все считают, что королева Линевра умерла. А мой… влюбленный в нее брат… с горя покончил с собой. Думаю, так будет лучше для всех.
И повернулся к Одри.
— Леди Остейр, вы можете вернуться в замок с моими людьми.
Вам будут оказаны всяческий почет и уважение, положенное по праву рождения. Король перед вами в долгу. Мы найдем вам достойного жениха.
Девушка встрепенулась, привела в реверансе, склонив голову, и проговорила:
— Ваше величество, если позволите, я предпочту остаться с госпожой и разделить ее судьбу.
Одри говорила твердо, и взгляд, что она подняла на короля был тверд.
— Что ж, если таково ваше желание, да будет так.
