Проданная невеста

Только протестующе мычать и оставалось.

А впрочем, не только. Вика треснула Риндаля по голове томиком «Истории бурной страсти». Зря, что ли, до сих пор в руке держала! А там будь что будет. К ее немалому удивлению, он не свернул ей челюсть в ярости, а отпустил. На его губах даже возникла все та же дерзкая улыбка:

— Подумай над моим предложением.

Вновь коснулся пальцем ее щеки и ушел.

Вика так и осталась стоять, привалившись к стеллажу. Вытерла рукой губы, но на них по-прежнему ощущался вкус его поцелуя. Как ни странно, противно ей не было.

Нет, приятно тоже не было. Но она никогда не думала, что возможно такое, чтобы от поцелуя постороннего мужчины ее не вывернуло наизнанку. Мда, открытие было неутешительное. Вика чувствовала себя чуть ли не падшей женщиной.

Или… ей нравится Риндаль?! Нет, только не это! Самоуверенный нахал. Наглое похотливое животное.

Да никогда! Может быть, просто его поцелуй напомнил поцелуй Антона? Да, пожалуй, они и правда целуются в чем-то похоже.

Успокоившись на этом, Вика поставила на полку «бурную страсть» и двинулась из библиотеки.

Искать исторические фолианты не стала — все равно читать расхотелось. Решила лучше прогуляться. Снаружи, по крайней мере, никто не пристанет.

Выйдя из здания, направилась к парку. Побродить по дорожкам, привести в порядок мысли — самое то.

Но, как обычно, человек предполагает, а черт знает кто располагает. Не успела Вика прийти в парк и тут же увидела желтеньких. Памятуя, как в прошлый раз спугнула их отсюда, вглубь парка не пошла, села на скамейку.

А желтеньких-то прибавилось — аж раза в два, теперь их наблюдалось штук двадцать. И тусовались они, сбившись в две кучки. Вторая команда — Риндаля? Вот, значит, на что намекал Блайвор, подчеркивая, что, уйдя из ее комнаты, Риндаль спустился на первый этаж. То есть он свой гарем держит где-то там же?

— Скучаешь? — раздалось над ухом.

Вика вздрогнула от неожиданности. Вот ведь умеет же подкрасться беззвучно!

Не дожидаясь ответа, Блайвор перемахнул через спинку скамейки и уселся рядом, закинув ногу на ногу, как обычно, по-американски.

Поскольку он молчал. Вика решила полюбопытствовать:

— Это твои наложницы? Точнее, твои и Риндаля?

— Да, слева — мои, справа — его, — подтвердил Блайвор. — Только они не наложницы.

— А кто же? — удивилась Вика. — Любовницы?

— Нет.

Он выразительно посмотрел на стайку своих девушек, и они сей момент сорвались с места, бегом бросившись прочь — точь-в-точь как тогда от нее.