Продавец крови (СИ)

Вампир промолчал. Феликс обошел его по кругу. Человек растерял свой лоск, и остатки гордости — просто толстый пожилой мужик в костюме.

— Мы пойдем, — сказал Эмиль. — Разбирайся сам. Иди ко мне, Яна.

Он говорил негромко, размеренно, словно с диким зверем. Стараясь двигаться осторожно, я выползла из-под стола и по стенке начала пробирать к выходу.

— Не уходи, девочка! — вдруг попросил меня Шивонин, когда я была уже у лестницы.

Я остановилась. Он боялся оставаться наедине с вампиром. Люди всегда испытывают солидарность, сталкиваясь с ними — как эмигранты в чужой среде.

Как знакомо… Но иногда стороны легко тасуются.

А он бы что сделал, попроси я его о том же? Думаю, не остался бы. Я развернулась и начала подниматься. Я уходила не из-за этого — плохо, когда твое решение зависит от чужих поступков. Но я не хочу загораживать дорогу вампиру ради того, кто не считается с чужой жизнью.

Не знаю, остался ли жив Шивонин. И знать не хочу.

Глава 70

На кухне Феликса — мрачной и темной, я села за стол, стараясь не смотреть на Эмиля. Он взял меня за подбородок и повернул голову, рассматривая багровую скулу.

— Что-нибудь еще?

— На руку наступили, — буркнула я и показала красноватый оттиск подошвы с обратной стороны предплечья.

Он намочил полотенце, отжал и бросил мне. Теплая тряпка шлепнулась прямо в руки.

— Вытрись, — он вышел из кухни, а я послушно прижала полотенце к лицу и вздохнула.

На самом деле мне нужен душ, но сойдет и так. Я наслаждалась приятным теплом, куда-то уплывая, пока выстрелы в подвале не привели меня в чувство. Подняла глаза, рассматривая взбешенное лицо, и вновь уткнулась в полотенце.

— Зачем ты сюда приехала? — резко спросил Эмиль. — Зачем убежала, Яна? Все было хорошо или нет?

Мне не хотелось убирать теплое полотенце. Только не это, только не скандал.

— Как ты меня нашел? — пробормотала я.

Я промокнула раненую скулу и бросила остывшую тряпку на пол.

Я молчала, глядя в пол — говорить невыносимо: из-за боли и эмоциональной усталости. Я испытывала смутное желание начать оправдываться и мне жуть, как хотелось этого избежать. Под пристальным взглядом Эмиля я полезла в холодильник за льдом. Нагребла пригоршню, прижала к лицу и закрыла глаза. Лед освежил, да и боль начала затихать.

— Это диагноз на всю жизнь? — неожиданно спросил он.