Продавец острых ощущений

Крячко оставалось назначить тех, кто пойдет с парнями из рыбнадзора, распределить участки и ждать. Со своей частью работы он справился за час, после чего поехал на выделенную ему квартиру и завалился спать.

Костер медленно догорал, отбрасывая слабую тень на стволы деревьев. Тонкие ветки тихо потрескивали, угольки переливались алым цветом, слабый ветерок подхватывал золу и уносил в темноту ночи. Где-то заухала сова, эхо подхватило звук и старательно размножило, на короткое время заполнив тишину. Поухало и стихло, остался только звон гудящих комаров.

Они назойливо кружили вокруг одинокой фигуры, безмолвно сидящей у затухающего костра.

Чуть позже, когда воздух остынет, сквозь тонкую ткань ветровки начнет пробираться холод, но сейчас еще тепло. И от костра, и от нагревшейся за день земли. Впрочем, комары и холод не самые важные проблемы, по крайней мере не те проблемы, которые занимали голову человека у костра. От холода избавиться просто. Натянул свитер и дополнительные носки, вот тебе и тепло.

Не согрелся? Залезь в спальник, в нем точно никакой мороз не страшен. Донимают комары? Побрызгай одежду спреем, зажги дымовую шашку, она их отпугнет. А вот что делать с остальным?

Проблема висела в воздухе в виде жирного вопросительного знака. Она не давала расслабиться ни на минуту, донимая своей навязчивостью, утомляя мозг и в то же время не давая отдохновения даже во сне. Спал ли он вообще эти двое суток? Навряд ли. Попытки делал, только успехом они не увенчались. Он все ждал, что ресурсы организма истощатся полностью, и тогда мозг отключится сам собой.

Пока не дождался, а ведь с последней ночи, когда он еще мог спать, прошло часов семьдесят.

Странно устроена жизнь. Очень странно. Когда имеешь крышу над головой, мечтаешь о деньгах. Когда имеешь еду, мечтаешь о сне. Имеешь семью, мечтаешь об одиночестве, получаешь одиночество, возникает мечта о собеседнике. И так до бесконечности. То, что есть, вроде и не нужно, а то, чего получить не можешь, сразу переходит в разряд желаний первой необходимости.

Сейчас у него не было крыши над головой, почти не было денег, скудный запас еды и полное одиночество. Лишения его не вдохновляли, не заставляли почувствовать себя Робинзоном, первопроходцем или кем-то подобным. Они не «втыкали», как выражались «торчки-наркошники». Они сводили с ума, раздражали и выбивали из колеи. Весь список целиком, до единого пункта, был ему ненавистен. Но больше всего неудобств причиняло отсутствие сна.