Продавец острых ощущений

Он отошел на шаг в сторону, и Аллочка, увидев Изабеллу, моментально изменилась в лице и растерянно заморгала ресницами, пытаясь выдавить слезу. Изабелла поднялась чуть выше и «вступила в игру».

— Добрый день, Аллочка. Вот пришла выразить тебе соболезнования и встретила брата Валерочки.

— Прости, Изочка, но мне сейчас не до гостей. Сама понимаешь, такая трагедия, — подхватила Алла. — Если не возражаешь, мы тут с Альбертом вдвоем, по-семейному…

Аллочка оборвала фразу на полуслове, ухватила Альберта за рукав, втащила в квартиру и захлопнула дверь прямо перед носом Изабеллы.

Как только они остались без зрителей, она отпустила рукав Альберта и прошипела:

— Проходи на кухню и не вздумай ничего трогать, трутень.

Альберт был рад тому, что попал-таки в квартиру брата, поэтому предпочел не обращать внимания на грубость Аллы. Он прошел на кухню, присел на край шикарного дивана, сложил руки на коленях и приготовился к жаркому спору. Алла задержалась в коридоре. Она наблюдала в «глазок» за тем, что будет делать ее «подруга» Изабелла.

Та постояла у двери, попыталась приложить ухо к замочной скважине, чтобы услышать, что происходит в квартире, но там было тихо. Повздыхав немного, Изабелла ушла. Тогда Алла тоже прошла на кухню, налила себе из графина воды, выпила залпом и только после этого обратилась к Альберту:

— Ну, чего приперся?

— У меня умер брат, как думаешь, зачем я приехал? — Альберт снова нацепил маску скорбящего родственника.

— Не изображай трагедию! Мы оба знаем, что ты Валерика терпеть не мог.

— Ты преувеличиваешь, — все тем же скорбным голосом проговорил Альберт. — Валера мне не просто брат. Не забывай, я его с пеленок растил.

— Растил он! Черта с два ты его растил! — вспылила Алла. — Да даже если и так, что с того? Валерик тебе был нужен только тогда, когда ты в дерьмо вляпаешься или деньги просрешь.

— Как ты можешь такое говорить! — возмутился Альберт. — Я Валеру любил как родного сына. Я институт бросил, чтобы его на ноги поставить! Да, последнее время у нас были разногласия, но такое случается.

Это жизнь, в ней не всегда все гладко.

— Да прекрати ты! — Аллу аж затрясло от гнева. — Сказать тебе, зачем ты прикатил? За «бабками» Валериными! Только хрен тебе что достанется, ни копейки не получишь, заруби себе это на носу!

— Значит, все достанется тебе? За какие такие заслуги? — Альберт отбросил притворство. Теперь он не стеснялся в выражениях.