Полина теперь стала все делать медленно – в противоположность тому, как носилась как угорелая до этого. Медленно задвинула ведро на место. Неспешно закрыла дверцу. Кофе выпить, что ли? Но такой трусости она себе не позволила и пошла обратно в спальню – получать по заслугам.
- Ну, убедилась? - Ростислав Игоревич мрачно скреб потемневшую за ночь щеку.
- Да, - коротко. Ровно.
- Ты что, реально из-за этого меня подняла ни свет, ни заря?
- Да.
- Мало того, что со склерозом, так еще и дура, - буркнул Ракитянский, заваливаясь обратно на постель, лицом в подушку и натягивая на голову одеяло.
И оттуда, глухо: - И не приставай ко мне с сексом, я обиделся. Еще и плечо расцарапала...
Что ее удивило больше всего во всем этом – так это собственная улыбка. Полина подошла и аккуратно поцарапала торчащую из-под одеяла пятку.
Пятка нырнула под одеяло, а оттуда донеслось:
- Я обиделся!
Ее улыбка стала еще шире.
- Святое дело! Не буду мешать. Я пошла на кухню варить кофе и делать твои любимые оладушки.
Как наобижаешься – приходи.
Обида Ростислав Игоревича кончилась как раз к первой порции оладий. Как все удачно в целом сложилось.
* * *- Ты все-таки закрутил с Чешко? – в тоне собеседника Ростислава в равных долях смешались снисходительность и удовлетворение одновременно.
- Что закрутил? – настороженно."
"- Ну что полужено закручивать с таким горячими штучками? – хохотнул его визави. – Уж не гайки.
Ракета выдал самый холодный взгляд, который приберегал для особых случаев. Совместные дела – совместными делами, но в свою личную жизнь он кого попало не пускает.
И с кем ни попадя не обсуждает.
- Не смотри так грозно, она мне сама сказала!
- Что сказала? – все еще хмуро и холодно.
- Что у вас ро-ман.
Именно так, по слогам. Ро-ман. Значит, у нас ро-ман.
- В самом деле?
- Да. Мы по одному процессу вместе сейчас работаем, разговор зашел как-то о тебе, и она сказала, что вы спите вместе. Без комплексов Чешко, скажу я тебе. Мне прямым текстом выдала, что таких шикарных любовников у нее еще не было.
Ракитянский лишь скрипнул зубами. Это не ро-ман. Это, мать ее, комедия какая-то. Или фарс!
* * *- Говорят, у нас роман.
- Какой роман? Кто говорит?
Ростислав ответил. Исключительно ровным и спокойным голосом.
- А, этот. Ну да, - безмятежный голос Чешко отчего-то просто бесил. – Приставал с вопросами, какие у нас дела совместные. Я сказала как есть.
- А у нас есть роман?
- А что – нет?
Слава не нашелся, что сказать.
