Проект Деметра

Те стражи, с которыми он познакомился, кого в деле видел, создали вполне четкий образ – преданности и защиты. Значит, плохого с Эрой не будет.

Эя же хотела попросить, чтоб отпустил, но почувствовала, как трясет Кейлифа, ощутила его душевный разлад и не стала со своим лезть, решив, что ему помощь нужна.

– Тебе плохо? – щеку ладонью огладила. У стража губы как спрессовало – не разжать.

Усадил подопечную на пень возле дома и присел рядом на корточки, подбирая слова. А те разлетелись, ни "а", ни "б" сложить не может.

– Ууу! – вскочил и заходил туда-сюда мимо девушки, смелости набираясь, предложения мысленно составляя, обтекаемые и пристойные.

Эрика наблюдала за стражем, силясь понять, что его ест и когда он об этом вслух разродится. И не выдержала, рассмеялась.

– Ощущение, что тебя от какой-то страаашной тайны распирает.

Кей глянул на нее оторопело, засопел. Присел перед ней и несмело начал:

– Понимаешь…эээ… тыыы…

– Яяяя, – засмеялась, дразня беззлобно.

Кей сдался, плюхнулся на ягодицы и колени обнял. Смотрит на светлую, как собака, которая все чувствует, понимает, а сказать не может.

– Ну и? – выгнула бровь Эрика.

Девушка посерьезнела.

– Нууу… – обрисовал что-то себе понятное руками по воздуху, губы надул и сдулся. – Помолвка, свадьба?

– Нет, – отрезала. Настроение мигом испортилось, интерес к тому, что хочет сказать страж, пропал.

– Но ты же понимаешь, что вам нужно. Если сладились, то… Ты же… Это же…Не по воду сходить.

– И не повод для окольцевания. И я бы очень попросила тебя не лезть, – бросила сухо и категорично.

Шах, освободившийся, наконец, от чар Лой, вышел на крыльцо, сумрачно глянул на девушку и стража, сунул руки в карманы брюк, и попер со двора. У него было дело. Счет. И этот счет вырос настолько, что пора было получить по нему с процентами.

Кейлиф и Эрика проводили его взглядами и опять друг на друга уставились.

– Понимаешь, ты женщина, – осторожно начал свое страж.

– Новость. Спасибо, что сообщил.

– Если ты сладилась с мужчиной, то могут быть…эээ… последствия.

– Не могут, – губы поджала. – И моя половая жизнь – моя забота.

Кей ресницами хлопнул:

– С кем хочу с тем и сплю! Ясно?!

Страж выпрямился, медленно и всем видом давая понять, что оскорблен, причем оскорблен тем, что она сама себя оскорбляет. Но по глазам ее уразумел – она ж ничего не понимает, хорохорится от маеты, а не понять, ни принять ее не может.