Проект Деметра

Вейнер подавлено молчал: прав, зараза: куда не кинь – везде виноват.

– Согласен с Радишем?

– Скажем – вполне допускаю. Честно – сам бы не знаю, как поступил. Но точно скажу – кипел бы очень долго. И забыть не смог бы. Тебе что, бабы не изменяли – не знаешь, что в такие моменты чувствуешь?

– Нет, как-то так получалось, что все было наоборот.

И задумался – ведь он действительно только с Эрикой понял как тошно когда любимая с другим.

– Но пытаться убить ее… – и головой качнул: этого не понимал.

Одно знал – рядом с Эрикой побудет. На всякий случай. Сейчас пройдет право Лой владеть им и вернется, будет у дверей ночевать, если в комнате не получится. Зато рядом будет, а то мало ли что.

Эрлан не мог найти покой всю ночь. Вроде самое страшное позади, но оказалось – впереди. Он чувствовал, что Эя не с ним и не мог понять, что происходит. Лежал рядом, смотрел на нее и думал. И уверял и ее и себя, что все наладится, просто ей сейчас плохо, она не может прийти в себя, понять что, где и кто.

Это нормально, это ерунда.

Но утро принесло неожиданные результаты. Он успел привести себя в порядок, и даже перекусить, как в комнату ввалился братец. Видеть Вейнера ему удовольствия не доставляло, особенно сейчас, когда все внутри словно замерло в предчувствии новых бед.

– Доброе утро. Как Эра?

Эрлан не стал на него даже смотреть – сел напротив жены, взял ее за руку и глядел, не отрываясь, ловя каждую эмоцию. И очень надеялся, что девушке сегодня станет лучше.

Эрика приоткрыла глаза – веки как свинцом накачали – и опять увидела Эрлана. Он был как напоминание – и захочешь забыть – не сможешь. А в голове одна мысль – надо успеть спасти город и ребят. Надо!

Сказать попыталась, но лишь губы приоткрыла – тяжело. Лой спокойно смотрел, как она пытается что-то сказать и четко слышал: "позови Самера, позови". Но не шелохнулся. Эра поняла, и взгляд на Вейнера перевела: позови Самера.

Мужчина, видя, что она пытается: что-то сказать, склонился к ней, но Эрлан тут же огрел правом:

Шах зубы сжал отодвигаясь.

Постоял, глядя в глаза девушке и чуть заметно кивнул. Вышел.

Лой понял, кто сейчас придет и не знал, что делать. Он чувствовал, что Эя сообщит что-то, что перевернет их жизнь и, возможно разрушит все его мечты. Он откровенно боялся, что она скажет: уходи, знать тебя не хочу. А уйти, когда она больна, он не мог. Впрочем, он не смог бы уйти от нее любой.