Проект Деметра

Эрлан склонил голову – это был приговор, и мужчина прекрасно все понял.

– Но я требую, чтобы вы оставили Эйорику в покое пока она не выздоровеет. Ее страж вернулся и занял свое место. Несмотря на то, что знает о ее заявлении. Ему потребовалось меньше времени на принятие решения, – не сдержал укола Маэр.

– Как можно допускать Кейлифа после того как он не выполнил… – начал Эрлан и закончил, заметив предупреждение в глазах Хранителя.

– У ее покоев так же будет дежурить Майльфольм.

– Кто?! – не скрыл эмоций Эрлан.

Заявление Маэра было уже вызовом, откровенным издевательством.

– Майльфольм! Я сказал!

– Предатель?! Вставший на сторону Эберхайма, не выполнивший свой долг не единожды?! Подвергший Эйорику риску ради своего нового хозяина?! Виновный в смерти ее сестры – Нейлин?! Вы что, хотите изничтожить весь род Лайлохов?!! – Эрлан настолько возмутился, что ему уже было все равно, как воспримет его тон Хранитель. – Вы намеренно подвергаете Эю опасности?! Тогда почему бы кому-нибудь из вас не пойти и не убить ее сразу, к чему тянуть?!

– Эрлан Лой!! – рявкнул старик и имя прозвучало как "щенок"! – Позволь мне самому решать кто, что и зачем!! И пошел вон отсюда пока не вызову!!

Светлый сжал зубы, и, не сказав ни слова, бледный от гнева быстро покинул зал совета.

Маэр проводил его недобрым взглядом и покосился на Эхиноха. Тот еле заметно прикрыл веки: понял.

– Нерс, займись Самхарт! – рыкнул советнику, не желая больше видеть никого из пришлых, да и своих помощников тоже.

У него все еще не укладывалась в голове информация, что принес ему Таш, а тут все более и более возмущающие новости на голову сваливаются, грозя погрести.

Да, надо открывать книгу судеб и просматривать факты, иначе просто не разобраться.

И поморщился – опасно око тревожить, да и тяжко от него уму и глазам. Но выхода нет.

Советник повел девушку к себе, и та хоть и не упиралась, но все время оглядывалась, надеясь, что Хранитель отменит свое решение.

А тот застыл в кресле, глядя перед собой.

Эрлан был взбешен. Давно он не белел скулами и не темнел глазами от ярости. Последний раз Лири помнил как раз перед встречей с Эйорикой, когда по заданию Дендрейта убирали последних богов. Правда тогда и Эберхайм вне себя был. Оно понятно – его последней опоры лишили. А Лой… для того само упоминание "Эберхайм", как сигнал к буре.

Ох, рубились они тогда. С рыком.

Чудо что Этан не стал добивать Эрлана.