Проклятое дитя

Для самой девушки не было очевидным, как изменилось к ней отношение, не было резкого контраста, а потому она просто не обратила внимания на поведение окружающих ее придворных. Что же касается Акира — тот куда прагматичней смотрел на вещи, не допускал слухов и не выставлял на показ свое отношение к принцессе Анне. Это девушке казалось, что все иначе и все это понимают. На самом же деле — ее "отношения" с младшим лордом Амайа стали бы для всех новостью. Но Анна никогда не слушала сплетни, никогда не обращала внимания на детали и мелочи, а потому оставалась в неизвестности о том, что двору неизвестны ее какие-то особые отношения с молодым мужчиной.

— Как же я устал от испепеляющего взгляда леди Мирай, — тихо хмыкнул Акир, когда они с Анной сидела на краю одного из бассейнов, глядя на рыбок, снующих в прозрачной воде межу зелеными и красными водорослями. — Она ни на минуту не сводит с нас взгляда.

— Вас это смущает? — улыбнулась нежно Анна.

— Меня это ограничивает, — сверкнув глазами, улыбнулся хитро младший лорд, заставив Анну смутиться.

 — Мне нравится, как вы краснеете, леди Анна, — тихо рассмеялся юноша.

— Поэтому так часто смущаете меня? — догадалась принцесса, укоризненно глядя на него.

— А как еще я могу добиться сияния ваших глаз, учитывая Вашу…эмм…невинность?

Анна снова опустила взгляд, но вдруг смело и решительно, пусть и с пунцовыми щеками, посмотрела на собеседника и задала вопрос, о котором тут же пожалела, покраснев просто безбожно:

— А если бы не моя невинность?

Акир рассмеялся, но смех не был злым или насмешливым, скорее дружелюбным.

А девушка не знала, куда глаза деть! Торопливо вскочила на ноги, старательно избегая взгляда юноши, залепетала что-то вроде извинений и попыталась уйти. Но вдруг Акир мягко схватил ее за ладонь, бросив взор на отвлекшуюся от них леди Мирай, подошел непозволительно близко к Анне, склоняясь к ее ушку, опаляя шею горячим дыханием своих торопливых слов:

— Ваши руки, моя леди. Я бы покрыл их поцелуями, каждый пальчик и ноготок. Ваши запястья были бы обласканы мной.

И ваши губы, — и он пристально посмотрел на влажные створки заворожено слушавшей и смотревшей на него девушки, — я бы целовал так страстно и нежно, что…

— Ваша Светлость! — возмущенный окрик леди Мирай заставил Акира отступить от принцессы Анны на шаг, пряча руки за спину, но не отвести от нее впервые откровенного взгляда, который заставил ее сердце остановиться своим огнем и жаждой, истоки которых она понимали очень смутно и отдаленно.