Проклятые судьбы (ЛП)

 — Звезды предложили тебе настоящую любовь, и ты добровольно открыл ей свое сердце только для того, чтобы я раздавила его в кулаке. Так зачем тебе вообще нужен второй шанс?

— Потому что в глубине души я знаю, что заслужил тот ответ, который ты мне дала, — честно ответил я. — Я не был достоин твоей любви тогда, и я все еще не достоин ее сейчас. Но если ты подаришь мне вечность, то я потрачу каждую ее секунду на то, чтобы стать лучше.

Она посмотрела на меня так, будто впервые увидела, и мне пришлось бороться с самим собой, удерживая ее взгляд и дожидаясь ответа от неё.

Ведь я должен его услышать. Я должен знать, желает ли она пытаться бороться за нас, или я действительно все разрушил до основания.

Ее глаза были широко раскрыты и полны страха, когда она смотрела на меня, но в них было что-то еще. Что-то сильное, бесстрашное и несломленное, несмотря на все, через что она прошла в своей жизни от моих и чужих рук.

— Да, — вздохнула Рокси, ее голос дрожал, словно она боялась произносить это вслух.

 — Я не могу больше отрицать. Мне надоело отрицать то, чего хочет мое сердце.

— Навечно? — Подтвердил я, придвигаясь к ней так близко, что сладкий аромат ее кожи окутал меня, и мне больше никогда не хотелось вдыхать.

— Навечно, — согласилась она с окончательностью, которая так сильно давила на нас, что на мгновение мне стало трудно дышать.

— Тогда нам нужно придумать способ заставить звезды пересмотреть свое решение, — яростно прорычал я. Я боролся всю свою жизнь за то или иное, но никогда ничего не хотел так отчаянно, как девушку, стоящую передо мной.

И я был готов бороться за нее до последнего вздоха.

Остальные начали аплодировать, и Рокси засмеялась, когда я закатил глаза. День, когда я смогу остаться с ней наедине, будет сущей мечтой по сравнению с этим чертовым адом сопровождающих.

— Габриэль, — сказала Рокси, ее глаза засияли надеждой, когда посмотрела на меня. — Он может показать нам видения.

Мое сердце заколотилось, когда она схватила свой атлас и отправила ему сообщение.

Знание того, что она так же уверена в этом, как и я, заставило меня испытывать всевозможные ошеломляющие эмоции. И больше, чем когда-либо, я просто хотел заключить ее в свои объятия и никогда больше не отпускать.

— Он встретиться с нами в усилительной камере, — объявила она, а я посмотрел на Калеба, но он был слишком заинтересован чем-то, что говорил Сет, поэтому не слушал ее.