Проклятые судьбы (ЛП)

Я сорвала его футболку для питбола и бросила ее на пол, так что на мне остался только укороченный топ, который был на мне, и я смогла вызвать крылья из своей пылающей кожи. Я распахнула окно Дариуса и, расправив крылья, нырнула в ночь, мчась по небу к Башне Эир.

Я летела быстрее, чем когда-либо прежде, острая боль скрутила мое сердце от уверенности, что моя вторая половина в беде. Черт знает, как долго она уже была у них. Что они с ней сделали. Или что они делали прямо сейчас. Паника, которую я пыталась сдержать, прорывалась из плотины.

Я могу справиться с чем угодно в этом мире, но только не с этим. Только не с ней. Если с Дарси что-нибудь случится, у меня украдут весь свет в мире.

Она была светом в моей тьме, радостью в моей боли. Я любила ее больше, чем саму жизнь, и вообще не было бы никакой жизни, если она не была рядом со мной.

Я добралась до ее окна и распахнула его, заставив Диего испуганно вскрикнуть, когда я запрыгнула внутрь. В ее комнате царил беспорядок, но в наши дни так часто бывало.

Я догадалась, что иногда она не заботилась об этом настолько, чтобы навести порядок теперь, когда Ориона больше нет, но иногда она убиралась так неистово, просто чтобы хоть что-то сделать, не связанное с ним. У меня сердце защемило при мысли о боли, которую она испытывала после его ареста. А теперь этот ублюдок Дракон впился своими когтями и в нее.

Но я скорее умру, чем позволю ему забрать ее у меня.

— Здесь есть что-нибудь? — спросила я, когда Диего оправился от шока.

— Ее атлас, — указал он.

 — И ее дверь была не заперта.

— Покажи мне воспоминание, — потребовала я, протягивая ему руку, и он мгновенно взял ее.

Я ахнула, когда он потащил меня вниз, в тень рядом с собой, и из темноты появилось белое облако, его общие воспоминания предстали передо мной из тумана.

Я смотрела глазами женщины, когда она шла по длинному коридору в готическом доме, ее высокие каблуки цокали по деревянным половицам.

Она подошла к двери, но прежде чем та успела открыться, воздух пронзил крик, и боль стиснула мою грудь, когда я узнала голос Дарси.

Женщина толкнула дверь, когда крик затих, и страх во мне превратился в агонию, которая разорвала меня надвое, когда я увидела Дарси, привязанную к стулу в центре комнаты.

Лайонел стоял перед ней, скрестив руки на груди, когда задавал ей вопрос, и его голос был полон живого волнения.

— Скажи мне, где она спрятана, — прорычал он.

— Пошел ты, — прошипела Дарси, сплевывая кровь с губ, когда Клара радостно захихикала.