Проклятые судьбы (ЛП)

Лайонел схватил меня за ногу, его пальцы впились в икру с такой силой, что я вскрикнула, когда он снова прижал ее к столу.

Но я не собиралась сдаваться. Я, блядь, отказывалась подчиняться прихотям этого психопата и была готова пролить кровь за свою свободу, если это было необходимо.

Тени лизнули кожу, и я скользнула в их объятия так же легко, как дышала, покрывая свою кожу тьмой, жаждущей крови.

Тени извивались из моего тела, потянувшись к нему, и обвились вокруг его запястий, пока он пытался удержать меня.

Я подстегивала их, когда они проникали под его кожу, стремясь к его сердцу, его душе, его силе.

Лайонел застонал, когда мои тени вторглись в него, и извращенная улыбка заиграла на моих губах, когда я почувствовала, как их голод заражает меня. Чем больше я гналась за тем, чего они хотели, тем крепче становилась их хватка и тем слаще звучал их зов.

К моему удивлению, Лайонел не пытался бороться со мной, вместо этого его глаза загорелись ликованием, когда я погружалась все дальше и дальше в темноту.

— Вот и все, — вздохнул он, его хватка на моей ноге ослабла, и он стал ласкать меня, а не сдерживать. — Прими их.

Его слова звучали в моих ушах как колокольный звон, а все мое тело покалывало от удовольствия, которое доставляли мне тени. Они жаждали, чтобы я еще глубже погрузилась в них, звали меня по имени, как в самой сладкой песне. Но когда я практически приблизилась к забвению, которое они предлагали, воспоминание о голосе сестры позвало меня обратно.

С рычанием неповиновения я отпрянула от темноты, прислонившись спиной к столу, и потянула за магические путы, сковывающие мои запястья, заставляя тени вернуться под мою кожу.

Губы Лайонела скривились в усмешке, его магия быстро обвилась вокруг моей свободной ноги, и он привязал ее тоже.

Магия воздуха сжалась вокруг моих рук, прижимая их к столу, и он наложил на них плотный щит, фиксируя неподвижно, чтобы я не смогла использовать какую-либо магию.

— Какого хуя тебе нужно? — закричала я на него, когда он потянулся залечить повреждения, которые я нанесла его лицу.

— Мне нужна Вега, которая готова поклониться мне, — промурлыкал он, обходя стол, его глаза загорелись, когда он посмотрел на меня сверху вниз, прижатую к нему, как бабочка на доске, ожидающая конца.

— Я скорее умру, — прорычала я.

Лайонел фыркнул, как будто я была для него не более чем помехой.

— Меня всегда поражало, как многие фейри бросаются такими словами, будто они ничего не значат.