Проклятые судьбы (ЛП)

Мои руки поднялись сами собой, и я попыталась вскрикнуть в знак предупреждения, так как была вынуждена подчиниться воле Клары, ее абсолютной власти над тенями, которые сковали меня.

Дым клубился в моих ладонях, и я боролась изо всех сил, пытаясь издать хоть один звук и предупредить их, но все было бесполезно.

— Давайте поиграем в игру, — пропела Клара. — Первый, кто умрет, победит!

Я бежал к дому детства Лэнса, будто за мной гнались демоны ада. В моей груди зияла трещина, разрывая меня на части и сдирая все слои моей плоти, пока во мне не осталось ничего, кроме монстра, над превращением в которого так неустанно трудился мой отец.

Но он не рассчитывал, что зверь, которого он дрессировал, обернется против него. Не рассчитывал на гнев, который я обрушу на него за то, что он прикоснулся к одной из единственных хороших вещей в моей жизни.

Я в течение многих лет тренировался, чтобы победить его, и все, что он сделал, это заставил меня действовать. Это закончится сегодня.

Крики Рокси эхом разнеслись по территории, и я почувствовал их агонию, как удар кинжала в сердце.

Я нахуй убью его. Хватит.

Остальные отстали, но я не могу остановиться, выясняя почему. Рокси нуждается во мне. Что бы ни происходило в этом доме, это было плохо. И цепь, связывающая мое сердце с ее сердцем, не могла позволить ей страдать ни на секунду дольше.

Я наполовину сорвал заднюю дверь с петель, ворвавшись в дом, и бросился внутрь, где запах дыма от недавно потушенного пожара застрял у меня в горле.

Но по мере того, как я бежал дальше, понял, что дым был не единственным, что я вдыхал.

Мой Дракон выскользнул из моей хватки, запираясь в стальные цепи под моей плотью, и я зарычал достаточно громко, чтобы в моей груди заурчало, когда понял, что это место было заполнено Подавителем Ордена, мешая Рокси использовать Феникса против безумца, который произвел меня на свет.

Это не имело значения. Мне не нужно разрывать его на части зубами и когтями, я с радостью разорву его и голыми руками.

Рокси снова закричала, когда я вышел в коридор, и свет из столовой привлек мой взгляд, когда звук ее боли сломал что-то во мне.

Я распахнул дверь и в тот же миг выплеснул воду, направив ее на отца, который стоял над Рокси, прижатой к обеденному столу путами воздушной магии.

С моих губ сорвался рев, когда он пытался защититься, и я заметил кровь на ее коже, слова, выжженные на ее коже бесчисленное количество раз. Акрукс. Его имя. Мое имя. Украшало ее идеальную кожу красным цветом.