Проклятые судьбы (ЛП)

Все эти сердечные страдания исчезнут, если ты просто отдашься теням, — голос Клары заполнил мою голову, и я попыталась отгородиться от него, пока тени проникали в мою грудь, питаясь темными эмоциями, бурлящими внутри меня. — Я тоже его люблю.

— Ты не любишь его, ты причиняешь ему боль — ты не его сестра, ты чудовище! Я лучше буду вечно страдать по нему, чем отдамся тебе! — кричала я, пытаясь отыскать ее среди деревьев, но ее смех, казалось, раздавался отовсюду вокруг меня.

Я была вынуждена остановиться, моя голова склонилась вниз, указывая мне на кинжал, которое наполовину зарыто в земле.

— Нет, — прорычала я, огонь расцвел в моих венах, когда она попыталась заставить меня наклониться и поднять его. Мне удалось сопротивляться, мое дыхание стало прерывистым, когда в моем черепе появилась ослепляющая боль. Но я сдерживалась от того, чтобы поднять его.

Я должна остановить это.

Тени скользили по внутренней части моего тела, больше не убаюкивая и не успокаивая, как обычно.

Они были опасным оружием, которое Клара использовала против меня. Но я лучше встречусь лицом к лицу с ее гневом, чем позволю ей использовать меня против Наследников. Я не могу причинить им вреда.

Ее голос снова заполнил мою голову, и мне хотелось изгнать и прогнать его навсегда.

— Просто отдайся теням, позволь им забрать тебя. Я позабочусь о тебе, Дарси.

— Иди нахер! — закричала я, но тьма закрутилась внутри меня, снова заглушая мою стойкость и заставляя меня присесть и поднять кинжал.

Эфес был ледяным в моей ладони, и я боролась изо всех сил, страх разрывал мою душу, когда она развернула меня лицом обратно к Максу, ведя к нему с яростным намерением.

— Прекрати! — кричала я. — Не причиняй ему вреда.

Калеб бросился ко мне, и мое сердце заколотилось, когда я ждала, что он свалит меня, но Клара перехватила его в невероятном столкновении, отбросив его от меня с рычанием, поскольку они сцепились друг в друга в грязи.

Тени поползли под моей кожей и заставили снова шагнуть к Максу, все ближе и ближе, пока он боролся со своими путами.

— Ты должен освободиться, — умоляла я Макса, моя рука поднялась, готовая нанести удар, когда я оказалась в футе от него, приставив лезвие к его горлу.

— Я не могу, — прорычал Макс, напрягаясь все сильнее, пытаясь освободить руки от сковывающих его теней. В его глазах мелькнул неподдельный страх, и я смахнула слезы, моя рука начала дрожать.

— Макс, — простонала я.