Проклятый дар

Теперь-то я знаю, что пустое все, не выкарабкался бы я ни при каком раскладе, но она упрямая… – Он ненадолго замолчал, а когда заговорил, в голосе его уже не было куража, только усталость. – Я не знаю, где она эту хреновину взяла. Ведьма, та, что на болоте живет, говорила, что это все Морочь, что это ее проделки.

Снова Морочь… Надоело уже, честное слово! Что за Морочь такая?!

– А это, братишка, без ста граммов не объяснить, что за Морочь. – Ставр привычно уже читал его мысли. – Это какая-то тварь болотная, я так понимаю.

Очень старая и очень опасная тварь. Ей за каким-то хреном нужны вот такие, как она. – Он хотел было погладить Алену по голове, но передумал, сказал деловито: – Ты бы отнес ее в баню, а то совсем девчонка замерзла.

– Так шел бы погулял, чтобы не морозить, – буркнул Матвей, подхватывая Алену на руки.

– Не могу. Мне интересно, увидит она меня теперь или нет.

В бане тоже было нежарко, даже несмотря на то что в печи еще горел огонь.

Вода в баке прямо на глазах подернулась тонким ледком, стоило только Ставру пройти мимо.

– По идее, должна. – Он пожал плечами. – Этой веревочкой она меня к себе и привязала. Я понимаю, что ненарочно, что из лучших побуждений, но вот веришь, братишка, мне от этого не легче.

– Слушай, ты бы в предбаннике постоял. – Матвей аккуратно уложил Алену на полок, подсунул ей под голову свернутое полотенце. – Заморозил девчонку совсем.

– Жалостливый. – Ставр неодобрительно покачал головой, но шаг назад все-таки сделал.

 – Ее такое ждет, по сравнению с чем холод – это сущие пустяки. А ты волнуешься из-за всякой ерунды…

За этой словесной перепалкой они не заметили, как Алена пришла в себя.

– Очухалась! – обрадовался Ставр и, забыв о Матвеевой просьбе, подскочил к полку, помахал перед Аленой рукой. – Эй, сестренка, ты меня видишь?

– Вижу. – Кончиками пальцев она коснулась сначала его руки, потом небритой щеки. Именно коснулась, словно Ставр был не призраком, а человеком из плоти и крови.

 – Не получилось, да?

– Ну, смотря что. Если ты о моем спасении, то вынужден тебя огорчить. – Ставр присел рядом с Аленой, подмигнул ошалевшему от происходящего Матвею. – Хотя, с другой стороны, я вроде как и не совсем мертвец. Теневой я.

– Теневой… – повторила она шепотом.

– Для обычных людей мертвый, а для тебя, сестренка, почти живой. Ты меня даже почувствовать можешь.