Проклятый род

Он стоял и разговаривал с лордами Анаррис, представляя им Риссана как своего кровника, передавая полученную обо мне информацию, при этом не забывая время от времени ласково касаться меня своей силой, облегчая мое состояние и забирая лишнюю энергию.

– А кто из твоих мужчин мой пра? – спросила я, пытаясь глазами выделить его из четверки.

Тело женщины словно задеревенело. Как ответ на вопрос, Анаррис показала мне свое левое запястье, на котором были надеты три тонких черных браслета, один из которых имел золотые узоры.

Заметив мое непонимание, пояснила:

– Орртан ушел за грань, как и два других моих лорда, несколько тысяч лет назад. Их тепло меня больше не греет. – Голос женщины был печален и тих, а в глазах промелькнула такая боль и пустота, что от жалости у меня вновь навернулись слезы. – Они отдали свои жизни, защищая меня в той войне. Я очень многих тогда потеряла…

– Прости! Прости, я не хотела бередить твои раны. – Я поцеловала руку с траурными браслетами и прижала ее к своей щеке.

«Где она берет силы, чтобы после такого еще и улыбаться?» – Я была в ужасе.

В голубых глазах зажегся свет.

– Ты очень похожа на мою дочь. – Меня погладили по голове. – Нагира всегда так делала, когда выражала свою привязанность. Это был ее излюбленный жест. – Анаррис снова притянула меня к своему сердцу и поцеловала в висок. – Гелия, ты позволишь себя прочитать? – спросила пра, проведя рукой по моим волосам. – Я хочу знать, как ты жила эти века без семьи и почему только сейчас образовала последнюю связь.

Теперь напряглась я:

– А разве Лей тебе не показал?

– Нет, он только кинул зов. Я была слишком далеко.

– Что с тобой? – приподняв мое лицо за подбородок, женщина внимательно на меня посмотрела.

– Я боюсь тебя разочаровать и причинить новую боль, – проговорила я, глядя в эти мудрые глаза.

– Думаешь, сможешь меня удивить? – Пепельная бровь насмешливо изогнулась. – Не забывай, сколько мне лет.

– Думаю, что смогу, – с грустью улыбнулась. – Я всегда всех удивляю, и себя в том числе.

– Ты меня заинтриговала. Дай посмотреть. – Голубые глаза сверкнули от предвкушения.

Мне нечего стыдиться, но почему так больно?

Пра недоуменно нахмурилась – она чувствовала мои эмоции.