"
"– Ничего, это не смертельная болезнь, – сказала Дина и сложила на груди руки, которые было совершенно нечем занять, если они не обнимали Бориса Посадского. – Говорю, как человек, который, пусть и в легкой форме, но все-таки этим переболел. И ты переболеешь, никуда не денешься. Ты только разберись с этим побыстрее, чтобы токсины не отравили кровь. Чем быстрее ты вычислишь крота, тем быстрее поправишься.
– Ты опять права, о мудрейшая из прекраснейших женщин, – сказал Борис и шаркающей походкой двинулся к выходу из кухни.
– Пожалуй, самое мудрое, что можно сейчас предпринять, – это отправиться в постель. Пожалуй, с впечатлениями на сегодня перебор. Как говорится, с этим горем нужно переспать, а уже утром, на свежую голову, размышлять над тем, что, собственно говоря, произошло и как теперь быть. Все, Динка, спокойной ночи. Ты тоже ложись, тебе сегодня досталось. Я так совершенно вымотался. А что касается моих проблем, я подумаю об этом всем завтра.
– Ведь завтра будет новый день, – звонким от нечаянных слез голосом сказала Дина.
Он от дверей повернулся, посмотрел на нее непонимающе.
– Что?
– «Я подумаю об этом завтра, ведь завтра будет новый день». Так думала Скарлетт из «Унесенных ветром». Это последняя строчка книги.
– Ты же не думаешь, что я это читал? – рассмеялся Борис, впрочем, смех у него был грустный и немного натужный. – Оставь меня без цитат из дамских романов, Динка. Пожалуй, этого я уже не вынесу.
И на этих словах он скрылся с глаз, оставив Дину стоять с широко раскрытым ртом. Ну надо же, оказывается, и на солнце есть пятна.
Борис Посадский, при всей его образованности, оказывается, был неидеален. И уж гордиться незнанием мировой классики ему точно не стоило.
В постель в этот вечер Дина легла со странным чувством собственного превосходства над старым другом детства. И мысль эта, новая и странная, казалась довольно приятной. Улыбаясь этому обстоятельству, Дина выключила свет на кухне и в коридоре, закрыла за собой дверь своей комнаты, переоделась и юркнула в постель. Надо же, ведь ровно неделя прошла с того момента, как она вошла в купе поезда, обнаружила там пьяного спящего мужика, а потом обрадовалась появлению в дверях Бориса Посадского.
Всего неделя или уже неделя? Как много она вместила в себя страшного. И интересного. И волнующего. Дина закрыла глаза и на мгновение ощутила руки Бориса на своих плечах, а еще твердость его мышц под своими пальцами. Мимолетность этого ощущения снова заставила ее улыбнуться, а потом Дина крепко уснула.
