Прокурор с Эльтона

Ты знаешь и любишь Элизу, но никак не Алессу…

— Лиз, это не так… — Я вновь открыл рот, чтобы поспорить, но меня ловко заткнули.

— Эрик, услышь себя! Ты даже называешь меня «Лиз», хотя я столько раз говорила, что я уже давно Алесса! Ты любишь не меня, а мой образ из прошлого! Сколько лет прошло с нашей дружбы на М-14? Сколько лет ты носил фотографию полумиттарки в растянутых штанах механика на своём коммуникаторе?

Что? Оторопело уставился на девушку, но она лишь хмыкнула в ответ.

— Я всё знаю. Шарлен рассказала.

Да и она сама — живое доказательство того, что у тебя гипертрофировано чувство ответственности. Ты хочешь позаботиться обо всех и сразу. О смесках, что работают на «Вейсс Юро-Щит», о девочке, которая в двенадцать лет сбежала от родителей и попросила ей помочь, о бывшей уборщице-неудачнице… — Она закусила губу и отвернулась. — В том нет ничего плохого, но это не любовь. Это синдром защитника, вот и всё. Вселенная, да ты даже профессию выбрал такую, чтобы защищать невиновных… Подпиши развод.

Последнее слово, прозвучавшее в абсолютной тишине, меня добило.

— Ты хочешь, чтобы я дал добровольное согласие? — произнёс севшим голосом.

— Да, ты же знаешь процедуру. Если ты подтвердишь заявку своим отпечатком ладони, то она автоматически переместится в другую очередь. Разводы по обоюдному согласию рассматриваются в кратчайшие сроки — две недели — и мы оба свободны.

Я заторможенно кивнул. Пальцы словно одеревенели. Будто кто-то другой поселился в мой мозг и отдавал приказы телу. Нагнись.

Активируй устройство. Приложи ладонь. Верни планшет. Я механически повторил то, что от меня требовалось. Посторонний голос внутри меня не преминул ехидно заметить, что точно так же несколько месяцев назад я подписывал брачный договор с этой женщиной — не читая и не глядя.

— Две недели — и мы оба свободны, — эхом пробормотал я.

Или не я, а всё тот же загадочный голос?

Экран гаджета мигнул зелёным светом. Горизонтальные складки на лбу моей гостьи разгладились, она светло улыбнулась:

— Спасибо, Эрик.

Я знала, что ты поймёшь.

— Не стоит благодарности.

Внутри всё пульсировало, скручивалось тугим жгутом и болело, но внешне впервые за долгое время я выглядел как глыба льда. На самом деле заявление Лиз так ошарашило, что я просто с трудом заставлял тело и мысли шевелиться.

— И насчет секса… если тебе захочется…

— …то здесь рядом «Золотой век». Могу выбрать любую, — ответил жёстче, чем планировал. Просто по-ребячески вдруг захотелось огрызнуться.