Прокурор с Эльтона

— Использовал меня и доволен, да?!

— Да почему использовал-то?! — изумился искренне.

Кто-нибудь, объясните мне женскую логику, и я отпишу ему половину своего имущества безвозмездно!

На этот раз мне пришлось задействовать собственный хвост, чтобы не дать ей вырваться.

— Протестую, госпожа Мариар, это домыслы. У обвиняющей стороны не хватает улик. — Я уселся верхом на спелёнатую эльтонийку и сложил руки на груди. — Будут ещё аргументы?

— Ты издеваешься?! Ты специально не говорил мне, ты врал!

— Утаивание информации и преднамеренная ложь — разные вещи, вам ли этого не знать, уважаемый прокурор?

— Утаивание информации с корыстными целями!

— И каковы же были мои цели? — Я выгнул бровь и посмотрел на пыхтевшую от ярости Алессу-Элизу.

Она уже немного успокоилась, не сопротивлялась и не пыталась выбраться из кокона.

— Поиметь меня как очередную ночную-бабочку-однодневку.

— Хм-м-м… Я правильно услышал «ночную-бабочку-однодневку»? То есть, если у нас будет ещё одна близость, ваше обвинение потеряет силу?

Я на секунду приподнялся и ловко задрал плед, оголяя ноги эльтонийки.

Теперь моя импровизация с коконом оказалась самодельной смирительной рубашкой: руки Алессы-Элизы были всё ещё крепко зафиксированы, а вот начиная от талии и ниже — всё полностью обнажено. Ни один из нас после вчерашнего секса так и не оделся. Я с удовольствием опустился на тёплые нежные бёдра женщины и уткнулся членом в развилку.

— Что ты делаешь?! — возмутилась раскрасневшаяся от драки Алесса, а глаза её распахнулись до такой степени, что теперь напоминали планеты.

— Как «что»? Ты сама меня обвинила в сокрытии информации в корыстных целях. Я готов доказать, что корысти не было.

Демонстративно медленно потёрся о красотку и одной рукой отвёл её ножку сторону, чтобы было удобнее.

— Что?! Эрик, стой! Остановись!

Даже и не подумал выполнить просьбу Алессы. Её глаза лихорадочно блестели, а грудь часто-часто вздымалась. Она совершенно точно хотела меня не меньше, чем я её. Вот только что за мысли гуляли в этой головке — одному космосу известно.

Не отрывая взгляда от синих омутов и всё так же придерживая смирительный кокон, я очень плавно вошёл в узкое тугое лоно. Обоюдный стон заполнил пространство «Тигра».

— И кто из нас двоих врунишка? — пожурил красотку, которая лежала подо мной и тяжело дышала, судорожно кусая пухлые губы. — Я докажу тебе, что всё не так, как ты подумала, Лиз. Моя вина лишь в том, что я хочу тебя.

Вновь качнул бёдрами. Вперёд-назад.