Прокурор с Эльтона

Скоро на Хёклу станет совсем ярко, а нам надо проверить ловушки на ящериц, может, что и поймать смогли. Сухих пайков почти не осталось. Боюсь, если мы продолжим здесь валяться, то скоро умрём с голоду.

— Не волнуйся, сегодня уже неделя как мы тут. Я практически уверен, что со дня на день нас найдут. Со вчера осталось ещё две тушки ящериц, к тому же можно подобрать яйца, из которых летучие крысы высосали желтки, и сделать что-то вроде белковой яичницы или просто запечь на углях.

— Что-о-о-о?! Найдут?!

Красивое личико Алессы вытянулось от шока.

— Ох… я так и не сказал, да?

Шварх, ведь же хотел, но не знал, с чего начать…

Неподдельное изумление в бирюзовых глазах сменилось откровенным гневом. Алесса-Элиза привстала, насколько ей позволял мой хвост, и достаточно болезненно зарядила кулаком в солнечное сплетение, а затем ещё раз и ещё… Меня скрючило от боли.

— Ах ты гад, Эрик! Ты заверил, что мы тут навсегда! Что связь не ловит и её невозможно настроить! Да я за эти дни уже смирилась, что умру на этой планете! Да я бы в жизни не стала откапывать те дурацкие яйца и рисковать, если бы знала, что нас ищут!

— Лиз, постой! Постой! О-о-ох, кто тебя учил драться?!

Очередной удар маленького, но увесистого кулачка пришёлся мне аккурат под рёбра, выбивая воздух из лёгких.

Нестабильная сингулярность! Да у меня в Академии Космофлота на спаррингах такого злющего противника ни разу не было! Нет, я всегда подозревал, что женщины в гневе опасны, но не настолько же…

— Ах ты мерзкая адвокатская задница! А сразу сказать было нельзя?! Да ты просто мной воспользовался!

— Лиз, пожалуйста, остановись!

Но эльтонийка даже не думала останавливаться, скорее, наоборот, она только-только начала распаляться.

Удар острой коленкой взбешённой красотки пришёлся в опасной близости от самого ценного органа любого мужчины. Недолго думая, я схватил край пледа, просунул между нами и рывком спеленал разъярённую тигрицу. Вот теперь от тихой, мягкой и улыбчивой Элизы не осталось и следа. Подо мной лежала темпераментная и горячая прокурорша, которая до последнего вздоха готова биться в зале суда и не только.

— У-у-у-у, Эр-р-р-ик, — зарычала она угрожающе, пытаясь выбраться из кокона. Пришлось сжать бёдрами её тушку поверх пледа, чтобы точно не выпуталась. — Я до тебя доберусь, дай только освободиться!

Она вновь сверкнула огромными глазищами, а затем прищурилась. На пухлых губах застыла презрительная усмешка.