Проникновение

И снова — взгляд, полный отвращения, моя невозможность дышать, мой стыд, удушающая паника, ингалятор… Больше я таких попыток не предпринимала.

И вот сейчас решила выступить соблазнительницей? Смешно. Но стоило подумать об этом, внутри стало так горячо и сладко, что я зажмурилась. Нет, не смешно. Совсем…

Тихо вернулась в спальню. Покосилась на смятую постель. Что я творю, дурная?

Капсулу спрятала в изголовье и произнесла-выдохнула:

— Сверр…

Так тихо. Не звук — шелест. И обычный человек ни за что его не услышит.

Он услышал. Остановился в дверном проеме, привалился плечом к косяку. Между бровей — хмурая складка, губы недовольно сжаты. Прикрыть себя хоть чем-то не удосужился, но вниз я старалась взгляд не опускать. Сверр медленно осмотрел мои краснеющие щеки, вырез халатика, ладони, нервно дергающие поясок, босые ноги… Снова вернулся к лицу. И поднял вопросительно брови.

Я мучительно выдохнула. Проклятье! В теориях все гораздо проще… А в реальности я лишь краснею и нервничаю.

— Ты прав, — голос-то какой сиплый, надо же… — Я… Я хочу… этого… Тебя. Близости с тобой. Просто… это все сложно. Для меня.

— Подробнее.

— Что?

— Подробнее, Оливия. Скажи, чего ты хочешь.

Я вскинула голову, прекратив теребить этот злосчастный пояс. Ах так? Значит, просто у нас не получится? Услышать хочет? Сжала на миг кулаки, как перед выступлением в Академии, выдохнула. И произнесла четко:

— Я хочу заняться с тобой сексом.

Тут я все-таки сдулась и осеклась, но услышанного ильху хватило. Он сделал два шага и оказался рядом. Мягко толкнул меня к кровати, склонил голову, наблюдая. Я не удержалась и упала на постель, полы халата разлетелись. Сверр поставил на край одно колено, посмотрел сверху. И на миг мне стало страшно. Сейчас, когда он смотрел на меня и в золотых глазах плескалось желание, я с какой-то отчаянной убежденностью поняла, что ограничиться ласками не получится.

Ильх дернул поясок, отбросил ткань с тела. Я инстинктивно закрылась. Нормальная женщина прячет от мужского взгляда грудь или низ живота, а я вот — шрамы. Сверр развел мои руки, а потом провел пальцем вдоль рубца под грудью.

— Это была хорошая битва, Лив? — негромко спросил он, продолжая меня гладить.

Я непроизвольно ахнула.