Проникновение

Сначала принеси мне штаны и рубашку. И сапоги. Думаю, на корабле не слишком удобно расхаживать в платье!

Сленга вытаращила глаза, но спорить не стала и умчалась. Похоже, шелли — это и правда почетно!

Уже через пятнадцать минут я жевала пирог с мясом и сыром и оглаживала на себе новый наряд. Полотняные штаны, рубаха, широкий пояс, несколько раз обхватывающий тело и завязывающийся спереди, плащ из теплой шерсти с меховой подкладкой и мягкие сапоги. Сленга прекратила таращиться и заплела мои отросшие волосы в косички, а потом перевязала на затылке.

— Я знаю, кто ты! — сообщила девушка, оценив мой внешний вид. — Ты дева-воительница! Только дева-воительница может спасти риара!

Я хмыкнула, сделала большой глоток медового вина.

— Раз я дева-воительница, не мешало бы разжиться оружием, — пробормотала я.

— Думаю, в Нероальдафе это нетрудно, — раздался насмешливый голос Сверра, и мы со Сленгой вскочили. Ильх внимательно осмотрел меня, кивнул, приподнял бровь.

— И куда же ты собралась, моя шелли?

— В Варисфольд, — твердо ответила я, глядя в глаза дракона.

— Зачем?

— Решила увидеть прославленный замок ста хёггов. Я слышала, прекраснее его нет во фьордах, но я не верю. Разве может быть что-то красивее Нероальдафе? Но я хочу убедиться. Ты ведь не откажешь мне в этом, мой риар?

— Мне кажется, любопытный антрополог научился хитрить? — он пересек комнату и приподнял мой подбородок.

— Я сказала правду, мой риар, — я позволила себе улыбнуться.

— Вот как, — он погладил пальцем мои губы. А потом наклонился и жадно поцеловал.

— Идем, Лив, — с сожалением отстранившись, произнес Сверр. — Хорошо. Ты увидишь Варисфольд.

Я подхватила мешок, в который сложила свои вещи. Пока мы шли по улицам Нероальдафе, нас провожали взглядами. На площади толпился народ, который вскинулся, заметив Сверра.

— Риар… — эхом прокатилось по тротуару, отразилось от стен. И столько было в этом слове надежды, отчаяния, страха. Жители Нероальдафе знали, что во фьорды пришла беда.

Сверр остановился, вскинул руку, призывая к тишине. И разом все смолкло. Кажется, даже ветер затих.

Я замерла, глядя на серьезные лица. Суровые и обветренные — воинов, холеные и прекрасные — дев, пухлощекие — кухарок, бородатые — мастеровых и кузнецов… Сколько их было здесь? Тысячи… И каждый ждал слов своего риара. Впереди стоял Хасвенг, за его плечом мялась беловолосая Эйлин.

— Нероальдафе! — начал Сверр. — На фьорды пришла беда.