Пропала, или Как влюбить в себя жену

Я к тебе в трусы лезть не собираюсь. Повернись на бок, я тебе почешу спину.

- Она не чешется, Соня.

- Я имею в виду поглажу. Будет приятно, - а вообще, чего я ломаюсь как девчонка? Пусть хоть погладит. А когда уснет, пойду схожу в душ, сам поработаю рукой.

- Ну давай, делай мне приятно, Соня.

Хочется от души посмеяться от того, как проводят время двое людей в кровати. Но стало не до смеха, стоило только Соне ко мне прикоснуться. Уж лучше что-то, чем ничего. Чертовски приятно ощущать ее прикосновения.

***

Просыпаюсь от того, что кто-то сжимает мою руку.

Точнее не кто-то, а Соня. Да и не сжимает, а убирает со своего живота. Если гора не идет к Магомету, значит Магомет идет к горе. В переводе на нашу с Сониной жизнь – если она не спит на боку и мне никак ее не обнять, значит моя рука будет покоиться на ее животе ровно с того момента, как она засыпает. Правильно, неправильно, но у меня какой-то пунктик иметь с ней телесный контакт. Я не задумывался о том, что ей может быть тяжело иди неудобно. Я просто удовлетворял свою прихоть – касаться ее. Да, ночных поглаживаний мне мало. Если уж приходится быть на «диете», так должны быть хотя бы более частые приемы «диетической пищи».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Притворяться спящим – оказывается дело не из легких. Но подать знак, что я проснулся – значит лишить ее возможности смотреть на меня. А то, что она это делает – неоспоримый факт. Как и то, что скоро Соня поднесет руку к моему лбу и начнет его трогать.

Нет, я – не провидец, просто так чувствую. И действительно через несколько секунд я ощутил на своем лбу осторожные движения ее пальцев. Жуть как хочется перехватить ее руку и резко потянуть на себя. А дальше… простор фантазии во всеоружии. Проблема в том, с Соней этот номер не прокатит. Даже, если в ближайшем будущем она и начнет ходить, такие маневры пока не для нее. В какой-то момент она убрала руку и, не открывая глаз, я понял, что она перебирается на кресло. Открыл глаза только тогда, когда Соня оказалась уже в ванной. Смущать ее нет никакого желания, именно поэтому до того, как она покинула нашу спальню – я «спал». Дубль два – завтрак. Жуть как интересно, что будет сегодня.

Правда, о завтраке я забыл, ровно тогда, когда встал с кровати и взглянул на себя в зеркало. Все ссадины и боль в руке – ничто по сравнению с черной дырой в моем лбу, плавно перетекающей к глазу. Точнее, синей и вовсе не дырой, а огромной шишкой и гематомой.