— Попросите его сами, я пока еще не состою у вас на жаловании, — прозвучал из темноты яростный ответ.
2
Кабинет мадам Юппер больше напоминал будуар. Здесь все нежилось в золотисто-розовых тонах.
Инспектор недовольно огляделся, выбирая наиболее официальное место для допроса. Даша рухнула на кушетку и, чтобы видеть ее лицо, полицейскому пришлось занять место напротив — в пухлом розовом кресле, отделанном рюшами. Он сразу стал похож на Флобера, входящего в образ мадам Бовари.
Несмотря на подавленное состояние, Даша не смогла удержаться от улыбки.
Заметив усмешку, Буже стал еще раздраженнее.
— Хочу сразу сказать: наш разговор официальный и вы можете отказаться от дачи показаний до приезда вашего посла...
— Нет, нет. — Даша апатично отмахнулась. Еще послов здесь не хватало. — Мне скрывать нечего, я расскажу все что знаю.
— Вот и прекрасно. — Инспектор еще раз с ненавистью посмотрел на рюши, розовой волной обхватившие его бедра. — Припомните, Пьер говорил что-нибудь об этом масле? Может быть, ему его кто-то прислал? Или он его недавно приобрел?
— Нет, ничего не говорил.
— Она на мгновение задумалась. — Я даже не видела, как он его взял.
— Но руки он смазал еще при вас?
— Да. Это я помню совершенно точно.
— А какое у него было настроение? Он кого-нибудь ждал? Говорил с кем-нибудь по телефону?
— Настроение у него было хорошим. Вернее, нормальным, вполне дружелюбным. — Ей практически удалось справиться с потрясением. Она отвечала спокойно, может, чуть медленнее. — Ждал ли он кого-нибудь? Понятия не имею.
И по телефону ни с кем при мне не разговаривал.
— Итак, если я вас правильно понял, Пьер был в хорошем настроении, готовился приступить к массажу и даже уже смазал руки, в таком случае почему вы ушли?
По тому, как резко сузились глаза инспектора, Даша поняла, что он многое поставил на этот вопрос. Ей даже стало жалко его разочаровывать.
— Все очень просто. После всех этих падений у меня безумно болело тело. Признаюсь честно, я едва выдержала душ. А когда увидела, как Пьер растирает свои лапищи, то просто сбежала.
По-моему, даже в простыне.
Инспектор действительно выглядел разочарованным.
— Да, да, конечно... Значит, вы точно помните, что руки он смазал именно тогда?
— Да. Я уже сказала — если бы он это сделал за моей спиной, то возможно я бы и осталась. Но он встал передо мной и сделал вот так...
Она энергично принялась растирать ладони, словно людоед в бане.
— Ясно.
— Значит, я могу идти?
— Ни в коем случае.
