И словно в подтверждение этой мысли послышался громкий крик:
— Даша! К нам, идите к нам.
Молодая женщина нервно обернулась. В жаркой, пахнущей тонкими духами и дорогим алкоголем атмосфере Катарина Мюльке чувствовала себя как рыба в воде. Кофта с глубоким вырезом обнажала здоровую загорелую кожу, множество тонких золотых браслетов и цепочек подчеркивали ее сияющий вид. Рядом в чем-то бесформенном и блеклом примостилась Пикше, напоминая помятую тень. Остальных гостей Даша не знала, за исключением толстяка швейцарца, проигравшегося в пух и прах комиссару Буже.
— Идите быстрее, пока еще есть свободное место!
Чертыхнувшись, Даша направилась к их столику.
— Я смотрю у вас весело. — Она огляделась.
— Вы кого-то ищете? — тут же поинтересовалась Мюльке.
Даша брякнула первое что пришло в голову:
— Вы пастора не видели?
— На кой черт вам этот сушеный аспарагус? — толстяк Дебузье, как всегда, не стеснялся в выражениях. — Мы собираемся играть в бридж, составите мне пару?
— С радостью.
Ей было все равно, чем заниматься, лишь бы народу вокруг было побольше.
— Правда, я не очень хороший игрок, но если вы не против...
И она уже собралась занять место напротив, как вдруг неожиданно заметила финна, стоящего перед информационной доской. Пастор водил пальцем по расписанию автобусов. Забыв, что только что дала согласие на игру, Даша шмыгнула за столб и затаилась."
"Сидящие за столиком недоуменно притихли. Никто не мог понять причину столь резвого поступка. Возникла неловкая пауза. Проклиная свою импульсивность, Даша уже решила было вернуться, но в этот момент финн развернулся лицом в зал.
Казалось, он смотрит прямо на нее. Пришлось вновь слиться со столбом воедино. Она и сама не знала, чего именно боится, но оставаться на одной прямой с потенциальным наемником просто не могла. Однако, вместо того чтобы выстрелить в нее или метнуть нож, пастор достал мобильный телефон и набрал чей-то номер.
— Мадемуазель, с вами все в порядке? — поинтересовался Дебузье.
— Более или менее. — Она потерлась лопатками о столб.
— Спина болит.
— Вам надо было сразу сказать — я прекрасный массажист! — тут же оживился швейцарец.
За столом грохнул смех.
— Не верьте ему, Даша, — Мюльке хлопала себя по груди, она подавилась сигаретным дымом. — Он тут же вас обесчестит.
— Катарина, ты просто завидуешь. — Очаровательная брюнетка лет двадцати, с итальянским акцентом, аппетитно облизнула пальчик, испачканный пирожным.
— Да, уж куда там! — немка затушила сигарету.
