Пропавшие без вести

Надо держаться!

Мушегянц доложил, что на правом фланге его уже потеснили и выставили пулеметы в его фланг из занятых фашистами наших окопов, что практически он лишен возможности обороны на правом фланге и не сможет отбить новую танковую атаку, а свой фланг подвергнет разгрому.

Командующий настойчиво приказал ему положение восстановить.

— Дорогой, нечем ведь восстанавливать, — уверял Мушегянц Бурнина, который передал этот приказ. — Семь орудий вышли из строя. Одну батарею противотанковых авиация начисто раздолбала.

— Приказано восстановить положение, — собрав всю бесстрастность, сказал Бурнин.

С Мушегянцем он вместе учился, служил на Дальнем Востоке и в Белоруссии. С Мушегянцем он воевал с начала войны. Но что он мог сейчас сделать для Мушегянца?!

Он нанес на карту отход правофлангового батальона и зловеще направленные пулеметы врага. Если фашисты сейчас сюда бросят танки, то будет плохо. «Может быть, все-таки было ошибкой, что не выдвинули вчера дивизию Чебрецова», — думал Бурнин.

Он припомнил сестру Мушегянца — чернокосую, большеглазую девушку Маро. Она приезжала в прошлом году к брату. Бурнин танцевал с ней. После она в письмах к брату передавала ему приветы, а во время войны благодарила Анатолия за то, что он выручил ее брата. Выручил… То была боевая выручка, когда штаб дивизии Мушегянца оказался отрезан неожиданным маневром врага. Тогда Анатолий и Чебрецов внезапно ударили с фланга на немцев своей ротой охраны и выручили действительно из беды.

— Товарищ генерал, боюсь, что тут пойдут танки в атаку, — сказал Бурнин, докладывая о положении у Мушегянца. — Нельзя ли тут дать пару залпов батареи «PC» по танкам и по переднему краю?

Балашов согласился и попросил о том же Ермишина.

— До сумерек перебрасывать орудия «PC» невозможно, — по приказу Ермишина отвечал Острогоров. — Разведка противника висит над нами. Демаскировка «PC» может быть катастрофой для обоих дивизионов.

Но спустя полчаса Мушегянц уже донес, что политрук роты и двое красноармейцев уничтожили вражеские пулеметы и тогда батальон, оставивший первый ряд окопов, как было приказано, восстановил положение.

— Дайте же мне поддержку. В пять часов утра началось, а сейчас уже шестнадцать. Устали бойцы. Раненых собираю в окопы с медпункта, — сказал Мушегянц.

— Приказано держаться до сумерек, — кратко ответил Бурнин.