Пропавшие без вести

Артиллерия, боепитание, продовольствие, горючее, медикаменты, колючая проволока, мины, санитарный транспорт — все с этой минуты меняло маршруты и направлялось на новые рубежи.

Но все это было с вечера уже на колесах, катилось по заученным шоферами маршрутам, куда подвозили грузы вчера и неделю назад… Штаб армии выслал своих порученцев с приказами начальникам транспорта о перемене конечных точек пути. На путях возникали новые КПП. Связисты пересекали пространство, разматывая катушки, протягивая свои паутинки. Инженерные части трудились над устройством минных полей и противотанковых заграждений в районах новых позиций.

Наблюдать за движением, вносить в него на ходу коррективы, разгружая самые узкие места, — вот что стало главной задачею штаба в эти часы.

— Ну-ка, карту, Анатолий Корнилыч! Давай-ка сведем все в одно да посмотрим, — сказал Балашов, когда отделами штаба были разосланы офицеры связи навстречу движению войск, отходящих на новый рубеж.

Это было как с плеч гора. Больше он не был в разладе с совестью.

Он поступил, как должен был поступить коммунист и командарм. Он рискует ответом перед начальством, пусть даже жизнью своей, но зато не жизнями целой армии, не разгромом ее войск…

Балашов не боялся работы, затраты усилий, решения трудных задач. Его терзала безвыходность, а сейчас и усталости как не бывало. Как будто это не он, выбиваясь из сил, с лопаткой, на пустыре возле горящей деревни признался себе в наступающей старости. Какой там, к чертям, старик! Ум работал отчетливо и напряженно.

На сводной карте прорыв фронта обозначился в соседней армии, севернее Мушегянца, и обрушился в тыл, угрожая отсечь дивизию. Правый фланг Мушегянца снова загнулся внутрь, но, видимо, танки врага все же в ближайшее время войдут и в это пространство.

Балашов с досадой и болью подумал опять о трагической гибели Мушегянца. «А кто же теперь там командует? И есть ли не только кому, есть ли кем командовать?!»

Танки, видимо, прорвались и на «Дунае», на участке полковника Дубравы. Значит, те залпы «PC» не достигли цели.

Таким образом, дивизия Лопатина теперь оказалась зажатой между двумя участками прорыва, — потому-то к Лопатину на плацдарм сейчас и стекаются бойцы и справа и слева. Подполковник Лопатин доложил по радио, что начал отвод своих войск, однако надо понять, что его положение нелегко, и как-то еще удастся ему провести операцию!..

Дивизия Дубравы была, по-видимому, сильно дезорганизована. Но там, можно было предполагать, находится Острогоров.