Пропавшие без вести

Он узнал, что ротой командует техник-интендант, командир хозвзвода. Тот лежал в рытвинке вместе с бойцами.

— Тут и окапывайтесь, товарищ комроты, — приказал Бурнин, привалившись с ним рядом за бугорком земли, вместе со своим охранителем-автоматчиком.

— Вот только танки эти сейчас добьем, товарищ майор. Я приказал их поджечь, а то не дадут окопаться, — ответил комроты.

— Если по этой дороге пойдут отходящие с запада бойцы, останавливайте, берите на пополнение. Укрепляйте и усиливайте рубеж. Вы подчиняетесь майору Медведеву, он на дороге левее вас.

Пошлите к нему связного и доложитесь.

— Ну, а как же, товарищ майор, конечно! — как само собой разумеющееся ответил командир роты.

— И справа установите с соседями связь. Тут близко, — сказал Бурнин. — Смотрите, чтобы меж вами разрывов не было. Минное заграждение надо поставить. Пошлите бойцов за минами на дорогу. Их там на машинах боепитания много, возле обочины. Ждите фашистских танков. Гранаты, бутылки всем в руки, всем! И запас чтобы был!.

.

Не ожидая, пока добьют или сожгут подбитые танки, Бурнин хотел возвратиться к Ивакину, когда раздались торжествующие крики — оба танка горели.

Лес вдоль шоссе заполнялся бойцами. Заметно водворялся порядок.

Бурнин поехал к Ивакину. Через мост на левый берег Днепра еще подтягивались отходящие части. Двигались организованно. Но уже наступило утро. С моста уже было видно плывущие по реке опавшие желтые листья деревьев. Вот-вот могла налететь авиация.

— С Чалым связь установлена штабом.

Слышите, артиллерия бьет? Это он отходит на новый рубеж со своими дивизионами, — закончив доклад по телефону, пояснил Ивакин. — Командующий приказал Чебрецову и Волынскому выслать стрелковое прикрытие артиллерии. Бурнин, папироску дай. Да неужто на всех этих машинах так и нет папирос?! — сердито воскликнул Ивакин. — Надо забрать все курево для бойцов. Куда они его, к черту, в тыл тащат!

— Слушаюсь, прикажу, — отозвался Бурнин.

— Ну, сейчас я тебя с моим полковником познакомлю.

Он на НП сидит. Никак до него мы не доберемся! — сказал Ивакин. — Политрук, показывай, что у тебя! — спохватился он, тут же отвлекшись. — Хоть разорвись! — шутливо развел он руками. — А в самом-то деле надо спешить: ведь вот-вот на нас танки всей массой навалятся… Ну, показывай!

Человек, которого Бурнин сперва принял было за связиста, поднялся от стола с листом бумаги. Это был «Боевой листок-молния», как гласил заголовок.