Пропавшие без вести

 — На рассвете женщина будет белье полоскать в реке, она отведет, к кому надо…

— А Катя? — разочарованно произнес Бурнин.

— Ведь эка настырный — Катя да Катя!.. Ты слушай, чего говорю: полежали — и будет. Теперь ступайте…

Оказалось, что полоскала белье сама Катя. Они оба сразу ее узнали. Бурнин подошел и сказал условное слово, названное вчерашней знакомой.

— Отойдите вон в те кусты, — отозвалась она, не взглянув. — Там будет спокойней.

Она дополоскала белье, неторопливо отжала, сложила в корзину и, сильным движением поставив ее на плечо, пошла развешивать на веревку возле хижинки перевозчика.

Бурнин и Сергей поджидали ее на опушке. Катя присела с ними рядом в траву.

— Издалека ли? — спросила она.

Они назвали свой лагерь.

— Думали, скоро дойдем, а шли больше месяца! — сказал Сергей.

— Зато и ушли вон куда!

— Вам поклон от доктора Миши Варакина. Гнали в плен — он узнал вас возле колодца, — добавил Бурнин.

— А сам он где же? — спросила Катя.

— Не успел бежать, угнали в Германию.

— А вы куда помышляете?

— На Большую землю, на фронт. Куда же!

— Ну, мало ли… Кто ведь и в партизаны идет, здесь дерется… Все равно сначала идемте со мной. День придется в болоте пересидеть…

— У нас оружия много тут, надо с собой захватить, — возразил Сергей.

— Как хотите. Можно сказать, где спрятали, ребята и сами возьмут, — просто предложила она.

Но Сергею хотелось взять все с собою. Ведь это были их собственные трофеи! Они подобрали все и между кустами скользнули в лес.

— Немцы! — так же шепотом пояснила она. — Стрелять здесь нельзя: их две роты в селе. Я пойду уведу их, а вы тут лежите. Ничего, пусть за мною идут.

— А вдруг они схватят вас! — высказался Анатолий.

— Я им не нужный товар. Им надо дорогу в отряд проследить по болоту. Тут перемычка в болоте была, метра в два шириной, мы нарочно ее утопили: верхушечку срезали сантиметров на сорок, а без травы перемычка тает сама, что ни день… Я кладочки знаю… А вправо и влево — трясина! Прижмитесь на этом месте и тут лежите.

…И сейчас за мной не ходить, не то — крышка!.. А когда по ягоды выйду, смотрите — в белой косынке буду, то потихоньку и вы за мной, а если я буду в синей косынке, то вы от греха уходите подальше.