Пропавший

Жена Георгия, Гликерия, встретила Андрея, как дорогого гостя, обоих накормила куриной лапшой. И выспался Андрей на кровати, а не на лавке.

Утром, едва забрезжило, они напились сыта с хлебом и копченой пузаниной и отправились к причалу. Судовая ватажка была уже там. Не мешкая и отчалили.

Работали слаженно; Андрей аж залюбовался, как они ушкуй на реке разворачивали. Такая слаженность приходит только с годами совместной работы – все выполнялось без команд. Георгий лишь поглядывал на Андрея: как, мол, мы показались? Андрей похвалил.

Ругать за дело принято, а хвалить – не всегда, хорошую работу как должное принимают. А ведь доброе слово и кошке приятно!

Двигались без остановок. Георгий и отмели наизусть знал, и перекаты, и безопасный фарватер. Андрей мысленно себя похвалил за удачный выбор ватажки. Повезло ему!

Вечером они уже швартовались у Переяславля.

– Утром отплываем! – предупредил Андрей.

Георгий лишь пожал плечами: Андрей теперь хозяин, ему и решать.

Полине Андрей сказал, что завтра уходит далеко и надолго.

Она лишь кивнула: он мужчина и лучше знает, что делать.

Денег в кошеле оставалось мало, и Андрей достал несколько золотых изделий из заветного сундучка. Перед зимой, похоже, последняя ходка на судне, и потому надо товаров побольше взять.

Путь до Коломны они преодолели быстро, почти всю дорогу шли под парусом. Андрей сидел на палубе, любовался природой. Благодать, чем не речной круиз? Тепло, вода перед форштевнем кипит и пенится, зелень на берегах, солнце.

Однако по ночам уже было прохладно, грелись у костра; а кто на палубе спал, кутались в накидки.

Оказалось, Георгий уже ходил в Вычегодск и путь знал.

По прибытии на место Андрей закупил сотню мешков соли. Ему все время приходилось в уме пересчитывать общий вес мешков, чтобы не перегрузить судно. Все продавалось на пуды, а он никак не мог привыкнуть к таким мерам веса и пересчитывал на тонны. Вроде в трюме место еще было, и он намеревался купить еще полсотни мешков, да Георгий остановил его:

– Ты не забыл, Андрей, реки обмелели? Полный трюм возьмем – не пройдем.

Если по Оке проберемся кое-как, то до Переяславля не дойдем, придется на телеги перегружать.

– А сколько еще можно взять?

Георгий отошел от судна, посмотрел на осадку:

– Ну, мешков двадцать от силы.

Андрей так и сделал.

Не ошибся Георгий, на обратном пути в некоторых местах судно цеплялось днищем за отмели. Чуть бы груза было побольше – сели бы на дно.