Пропавший

Понятно, что воск и мед тоже купят. Однако же в княжестве Рязанском и другие диковины есть, на которые покупатели охочи. Цветное кружевное плетение из Михайлова набрал – на двое саней. Взял еще стеклянных бус, кои из Персии привозили. Еще соболей три мешка – зимой у них мех самый лучший.

Безопасности внимание уделил. Кроме топоров – дров на костер нарубить, оборониться в ближнем бою, сулицы на все сани взял. Короткое такое копье, размером в рост человека. И обороняться можно, и метнуть в недалекую цель.

Через несколько дней выехали.

Однако уже к вечеру Андрей понял, что у большого обоза свои минусы есть. Не только разместить людей и лошадей более хлопотно – это понятно, так обоз еще на ходу растягивался: то упряжь подтянуть кому-то надо – ослабилась, то рогожа с груза сползла.

– Нет, мужики, так не пойдет! – заявил он на первой же стоянке, сидя за столом в трапезной. – Отныне держаться всем ближе, кучно.

Через седмицу они вполне благополучно прибыли в Коломну. Конечно, верхами было бы куда быстрее, но лошадь с санями за день проходила не более двадцати – двадцати пяти верст, а на телегах – и того меньше. Летом дорога вверх-вниз ныряет, трясет на кочках, за колесами присмотр нужен: то спица сломается, то обод лопнет, то чека вылетит. Сани куда удобнее: ломаться нечему, и дорога по льду гладкая, скорость выше.

К его радости, михайловские цветные кружева новгородцы тут же обменяли на янтарь.

Две подводы он загрузил оловом. Металл в слитках тяжелый, а на санях его и не видно почти, вроде как пустые.

Стеклянные бусы тоже быстро купили. А вот с соболями два дня стоял. Не один он мягкую рухлядь привез, конкуренты не дремали. К тому же соболиный мех – не заячий дешевый, не каждый купит. Этот мех, как и горностаевый, – для богатых.

Еще воска он брал, одни сани, и его понемногу, да разобрали. Купцов заморских ноне мало было, наверное, зима и морозы русские испугали.

Узнав, что он из Переяславля, подходили и спрашивали ловчих соколов. Андрей удивился, но оказалось – в княжестве и такие есть.

За пять дней он распродал свой товар и купил на обратную дорогу. Утром шестого тронулись в обратный путь.

Пять дней ехали спокойно и даже расслабились: по своей, рязанской земле уже ехали.