Пропавших без вести – не награждать!

Она дождалась, пока вороны снова рассядутся на березе, украдкой от птиц достала пистолет. Результат получился аналогичный. Не успела Кабо вскинуть оружие, как вороны улетели.

– А если из винтовки попробовать? – предложил Боков, врач отряда.

– Бесполезно. Вороны чувствуют оружие.

Боков подозвал бойца с винтовкой, поупражнялся в прицеливании по дереву. Всякий раз, как только он наводил ствол на ворон, они улетали. Коломиец вместо винтовки прицеливался черенком лопаты. Птицы на деревяшку не реагировали.

– Чук, иди сюда, – подозвал Монгол следопыта с луком.

– Пусть подстрелит вон ту, что сидит самая крайняя слева, – попросила Кабо.

Чук натянул лук, прицелился. Вороны, свесив головы вниз, с интересом наблюдали за его действиями. Они поняли, что люди оказались хитрее их только тогда, когда заказанная Кабо ворона кубарем слетела с ветки, пробитая стрелой.

– Однако тут глупые птицы живут, – сказал Чук.

– Иди, занимайся своими делами, – отправил его рейдовик.

Вороны, покружив над лагерем, вновь уселись на дерево, высматривая, чем бы поживиться с кухни. Бродячая собака, прибившаяся к отряду, отыскала убитую птицу и убежала с ней в кусты. Чук догнал собаку, отобрал добычу, вытащил стрелу.

– Пригодится, однако, – сказал он собаке. – Вставлю новые перья, снова стрелять буду.

Между тем Монгол продолжал лекцию об эволюции.

– Вороны, самые умные птицы на свете, научились распознавать огнестрельное оружие в руках у человека, но разучились бояться летящей стрелы.

Когда все разошлись, Кабо спросила у рейдовика:

– Я уже в который раз слышу, что они называют тебя Салихэ. Это что, твое настоящее имя?

– Так меня звали до призыва в армию. На русский язык, с некоторой натяжкой, «Салихэ» можно перевести как «сын вождя».

– Понятно, вождь у нас один, и ты ему не родня. Теперь скажи, Монгол, а ты-то из лука стрелять умеешь?

– Нет конечно же.

Он неожиданно выхватил пистолет и, не целясь, выстрелил по дереву. Две вороны рухнули.

– Впечатляет! – восхитилась Кабо.

Инструктаж офицерского состава отдельного разведывательного отряда «Посох» много времени не занял. Генерал Морозов, выслушав доклад Лоскутова, коротко переговорил с каждым офицером и направил всех в распоряжение Рогожина.

– Товарищи, в 18.