Пропавших без вести – не награждать!
0 прочтений
Как однажды пояснил Лоскутову Монгол, единого девиза у рейдовиков нет, и каждый пишет, что захочет. Очень популярным был лозунг «Умри здесь!», который расшифровывали и как угрозу врагу, и как приказ самому себе: «Ни шагу назад!» Латинское изречение о тернистом пути к звездам Монгол выискал в какой-то дореволюционной книге и наколол больше для красоты, чем для философского объяснения своего жизненного кредо. Но когда надо, он объяснял, что его девиз навеян поисками Тунгусского метеорита.
Покончив с нанесением жира, защищающего организм от переохлаждения и занесения инфекции при ранении, Монгол попрощался с Лоскутовым.
– Все, Коля, иди! Я должен остаться один. За меня не беспокойся, я готов ко всему.
Николай Егорович ничего не стал говорить напоследок, пожал товарищу руку и пошел на верхнюю террасу. В душе его боролись разные чувства. С одной стороны, он не хотел оставлять друга один на один неизвестно с каким чудовищем, с другой стороны, понимал, что Монгол не потерпит никакого вмешательства в свою самую важную в жизни схватку.
Поднявшись на уступ, Лоскутов закурил. Темнело. Монгол, как актер по сцене, ходил кругами по поляне. По небу, со стороны гор, поползли дождевые тучи. В лесу вокруг поляны смолкли птичьи голоса, стало тихо.
– Вот что, Мазур, – сказал Лоскутов, – ну его на хрен, это средневековье! Если что не так…
– Да понял я все, командир, понял! – бывший боцман раздвинул у пулемета сошки, пристроил между камней. – Порядок! Сектор обстрела просто замечательный. Ты, Николай Егорович, за меня не беспокойся – я был лучшим пулеметчиком в полку.
– Геккон, за тебя тоже беспокоиться не надо? – с подначкой спросил Лоскутов.
– А чего я-то? – растерявшийся тунгус рукавом протер ложе снайперской винтовки, осмотрел поляну в прицел. – Я всегда готов.
Стемнело. Монгол зажег костры, разложенные равносторонним треугольником, сел в центре, освещаемый пламенем со всех сторон.
– Геккон, – Лоскутов ткнул прильнувшего к прицелу тунгуса, – в расположении костров есть какой-то смысл?
– Это священный треугольник духов Лесов, Воды и Гор.
– Геккон, – усмехнулся в темноте Мазур, – если бы в Красной армии было наказание плетьми, то тебе за твои байки про волю духов следовало бы всю задницу надрать.
Неожиданно над их головами громко каркнул норвежский ворон, бесшумно летящий к лесу.
