Проповедник

— Мелани, что ты говоришь?

Отец смотрел на нее шокированно и неприязненно и тут же получил такой же взгляд в ответ.

— А что я должна была думать? Я прикинула, что она, типа, где-нибудь оттягивается. Мне отдуваться, что ли, теперь, раз она пропала, я в этом не виновата. Да она, наверное, сделала ноги обратно в Карлстад. Она трындела, что у нее там парниша и ей, типа, это житье в кемпинге что гвоздик в стуле. Ей к нему обратно приспичило.

— И думать про это не смей, только попробуй выкинуть такую штуку, этот твой Тобби…

Патрик решил, что пора прекращать перепалку между отцом и дочерью, и легонько помахал рукой, чтобы привлечь внимание.

Слава богу, они поутихли.

— Значит, ты не имеешь ни малейшего понятия, почему она не появилась?

— Не-а, ни сном ни духом.

— А ты не знаешь, с кем она еще общалась здесь, в кемпинге, ну если не дружила, то хотя бы разговаривала?

Как бы случайно Мелани украдкой дотронулась под столом своей голой ногой до Патрика и с удовольствием увидела, как он вздрогнул.

Парни все такие примитивные, и не имеет никакого значения, сколько им лет, у них у всех на уме одно и то же. И умеючи ими можно вертеть как угодно. Она опять дотронулась до его ноги и с восторгом заметила, как на его верхней губе выступил пот, хотя, надо признать, в доме на колесах было чертовски душно. Мелани немного подумала, прежде чем ответить:

— Да есть тут один такой занюханный малый, их семьи сюда каждый год ездят, поэтому они с детства знакомы.

Сморчок полный, но я уже сказала, что она и сама-то не красавица, так что клевая из них получилась парочка.

— Ты знаешь, как его зовут или, может быть, где его можно найти?

— Фургон его родителей стоит через два ряда, у него тент в коричневую и белую полоску, и снаружи на крючках эти пеларгонии вонючие навешаны.

Патрик поблагодарил за помощь и с порозовевшими щеками протиснулся наружу мимо Мелани. Мелани изобразила, стоя в дверях, тщательно отработанную позу и весьма театрально помахала рукой, прощаясь с полицейским.

Папаша, конечно, опять будет бухтеть, но, как обычно, она пропустит это все мимо ушей. Он никогда не говорил ничего стоящего.

Вспотевший — и не только от давящей жары — Патрик быстрыми шагами пошел искать фургон. Он почувствовал огромное облегчение, когда выбрался из маленького тесного домика на колесах на простор.