Проповедник

«Вот кому охранником работать, — подумал Ёста, разглядывая рослого, накачанного, с бычьей шеей и здоровенными кулачищами малого, — или вышибалой, или в братки податься». Но, выходит, браток-то оказался совестливый.

— Ты нам звонил, так что давай начинай рассказывать, — сказал Ёста.

— Да уж, тебе же будет лучше, если начнешь выкладывать, и побыстрей, — добавил Эрнст со своей обычной агрессивностью.

Ёста взглядом попытался дать ему понять, что давить на парня не следует. Тут совершенно не требовались Эрнстовы штучки.

— Ну да, я там сказал девахе в участке, ну, мы с Кеннеди вроде как облажались вчера.

«Значит, облажались», — подумал Ёста. Да, судя по всему, парня использовали втемную.

— Да, и что же произошло? — поощрил Ёста парня продолжать.

— Ну, мы, типа, слегка помяли того перца, что в родственниках у Якоба.

— Ну да, вроде как его.

И парень продолжал взволнованно:

— Гадом буду, я не думал, что Кеннеди его так отделает, мне он лапши навешал, что ему, типа, перетереть надо с тем перцем и пугнуть его чуток, и все, и все дела.

— Но все вышло по-другому? — Ёста постарался, чтобы его вопрос звучал участливо, но у него ничего не получилось.

— Да, он, типа, мне впаривал, какой Якоб клевый и что тот, который Йохан, Якобу подставу заделал, и что все это лажа, и что Кеннеди хотел, чтобы он от этого отказался. А когда он Кеннеди, типа, послал, тот и начал его месить.

Лелле остановился, чтобы перевести дух. Ёста изо всех сил надеялся, что все понял правильно, хотя полной уверенности у него не было: нынешняя молодежь по-людски разговаривать просто не умеет.

— Ну а ты-то сам что там делал? В садике цветочки нюхал? — спросил Эрнст грубо и тут же получил еще один предупреждающий взгляд от Ёсты.

— Я, типа, его держал, — сказал Лелле тихо. — Я его держал за руки, чтобы он не мог отбиваться. Но я же не знал, что у Кеннеди крыша поехала, гадом буду.

Он перевел взгляд с Ёсты на Эрнста.

— Что теперь со мной будет? Что, меня из коммуны заберут и заметут в тюрягу?

Ёста видел, что этот здоровенный парень готов заплакать, он стал похож на маленького испуганного мальчика.

— Мы разберемся со всем этим немного позже и, я думаю, сможем все решить. А сейчас нам пора побеседовать с Кеннеди. Ты можешь подождать здесь, пока мы съездим и заберем его, или посидеть в машине. Как хочешь, выбирай сам.

— Я лучше в тачке побуду, — сказал Лелле.