Яд в его голосе мог бы прикончить десяток драконов прямо на лету.
Звездокрыл вдруг пошатнулся, отступил на шаг, и Глину стало видно Ореолу. Она присела на задние лапы, обвив их хвостом. Чешуя покрылась синими пятнами, вокруг которых завивались спиралью золотисто-пурпурные оттенки. Лишь огненно-красные блики за перистыми ушами показывали, как трудно радужной изображать каменную невозмутимость.
– Так получилось, – стала объяснять Кречет. Глин впервые видел злобную небесную дракониху оправдывающейся. – Яйцо небесных пропало, и нам пришлось добывать замену…
– У радужных? – перебил чёрный дракон с уничтожающим презрением.
Кречет махнула хвостом в сторону Ласта.
– Это ему пришло в голову! – прорычала она. – Яйцо принёс он.
– Зато драконят пятеро, а это главное, – подал голос морской дракон.
Длинная чёрная морда Провидца снова повернулась к Ореоле. Затем взгляд его метнулся к Солнышку, и та жалобно пискнула, прижимаясь к полу.
– Я бы сказал, четыре с половиной, – проворчал ночной. – Вот это называется песчаные крылья? Тебя что, недокармливают? Что с тобой?
Повисла тяжёлая пауза.
Солнышко дрожала всем телом, не в силах выдавить ни слова.
– Она ест нормально, как и все! – бросила Цунами.
– А что мелкая, не её вина! – вставил Звездокрыл.
С уважением взглянув на него, Глин добавил:
– И дерётся она не хуже других, и Ореола тоже!
– Молчать! – рыкнул Провидец, и снова наступила тишина. Пронизывающий взгляд великана упал на Глина.
Коровы! Коровы! Жирные, сочные, такие вкусные.
Ночной дракон обернулся к тройке воспитателей.
– Что-то неладно здесь у вас.
– Ещё бы! – снова вскинулась Цунами. – И я могу сказать, что. Мы здесь как в плену! Нас ни разу в жизни не выпускали из пещер, и о жизни наверху нам известно только из свитков. Мы драконята судьбы, самые важные в мире, а эти трое обращаются с нами как со слепыми саламандрами!
Глин не верил своим ушам. Вот это храбрость!
– Придержи язык! – рявкнул Бархан.
– Не стану! – Цунами умоляюще взглянула на Провидца. – Заберите нас отсюда, пожалуйста! Возьмите с собой!"
"Глин вздрогнул.
Только не это!.. Коровы, коровы, коровы… Лучше прозябать здесь под землёй, чем оказаться в ужасных когтях злобного чёрного монстра.
– Неблагодарная ящерица! – зарычала Кречет.
Внезапно гигантская тень метнулась вперёд. Страшные зубы, блеснув ослепительно белой молнией, оказались у самого горла Цунами. Казалось, на голову рушится затянутое тучами грозовое небо.
Эта мысль мелькнула у Глина уже в прыжке.
