Прорвемся, опера!

Тепло как летом, солнце светило с самого утра, всё прогрелось, на небе ни облачка. Пошёл через парк, сделав крюк, чтобы погулять с собакой получше да заодно подумать, потому что опера кормят ноги, а мне ещё и лучше думалось, когда я ходил, а не сидел на месте. И потом, в такую погодку всегда можно наткнуться на знакомого, а там слово за слово — вдруг пригодится. Город-то небольшой, мест для прогулок мало, всё равно с кем-нибудь да пересечёшься.

В парке людно, многие и вправду сегодня выбрались на улицу, понимая, что больше таких тёплых дней может в этом году и не быть.

Сан Саныч сразу потянул меня к шашлычным, располагавшимся в самой глубине парка. Обычно мы там не ели, потому что в одной мясо было слишком подозрительным, особенно в свете пропажи стаи бродячих собак поблизости, а другое — слишком дорогое. Да и оно модное у братвы, короткостриженных парней в кожанках там можно было встретить часто.

Но братва обычно подтягивалась к вечеру, днём же здесь была обычная публика. Я шёл себе мимо, как вдруг заметил, что в сторону второй шашлычной торопится один знакомый мне человек.

Расчёт оправдался, этот мне может пригодиться — только мне с ним не надо разговоры разговаривать.

Следователь Румянцев шёл так быстро, что раскраснелся сильнее обычного, а его лоб блестел от испарины. Перед выходом он, похоже, не посмотрел в окно, потому что на нём была толстая кожаная куртка — совсем не по погоде.

Я потянул собаку за собой, чтобы мы не попались ему на глаза, а то мне стало интересно, куда это обычно ленивый следователь может так торопиться.

Скорее всего, пожрать, но зарплату ни в милиции, ни в прокуратуре ещё не выдали, да и следакам платили не так уж и много, а шашлычная была не первая, подозрительная, а вторая — дорогая.

— Музыка на-а-ас связала, — слышалась старая песня группы «Мираж» из заведения.

Румянцев прошёл, свернув к мангалам, мимо написанной с ошибками вывески, где красовалось: «Шяшлик вкусни из гов. 30 т. р свенина 25 т. р. курица 15 т. р. пиво тёмный 7 т. р., светлае 6 т. р.».

Учитывая, что в других местах шашлыки стоили максимум по 10–20 тысяч, и порции там были побольше, здесь считалось очень дорого. Да и надпись «из гов.» многих смущала.

Шашлычная была устроена под открытым небом, над пластиковыми столами были раскрыты зонты с эмблемами пива, а мангал с шашлыками стоял чуть в стороне, но запах от них шёл повсюду. Хозяин кафешки, толстый усатый кавказец в белом переднике, жарил их лично, сейчас он стоял над ними и брызгал на шампуры водой.