Прощальный поцелуй Греты Гарбо

Пройденная миля далась ему нелегко.

Сотрудник студии, у которого он спросил о сценарном отделе, указал верную дорогу к старому зданию с перилами и балконами-лоджиями.

Кабинет Зелинского помещался на втором этаже. Поднявшись по лестнице и открыв дверь, Ольшанский увидел его самого. Питер стоял возле машинистки, держа в руках растрепанную пачку бумаг.

– Вставка… Сцена сто восемнадцать «А»… – сказал Зелинский, и барышня резво застрекотала на пишущей машинке. Он продолжил: – Интерьер – парадная спальня графа Ульриха. Сцена сто восемнадцать «Б».

– Петя… – негромко позвал Ефим.

– Графиня: «Пощадите…»

Зелинский обернулся:

– Ольшанский?! Какими судьбами?

Ефим кинулся к нему и, обняв, похлопал по спине.

– У меня контракт с «Парамаунт».

– Не может быть! – Зелинский пораженно отстранился. – Шутишь?

– Они пригласили Веденского. Он взял меня и оператора Зильбера. Разрешения на поездку ждали два с половиной года. Официальная версия поездки такая: приехали перенимать опыт американского кинопроизводства.

– О чем будет фильм?

– О первых днях калифорнийской золотой лихорадки.

– Его написал Веденский.

– Когда запускаетесь?

Ефим покачал головой:

– Несколько дней назад. Дорога была долгой: сначала – Берлин, потом – Париж, Сен-Назер, Жижон, Сантандер, Мыс-ла-Коронь. Оттуда – на корабле через Атлантику. Восемнадцать дней ползли по воде, как мухи по зеркалу. Дальше, Гавана, Вера-Круз, Мехико, и вот наконец – Лос-Анджелес.

– С приездом в Голливуд! – Теперь Зелинский крепко обнял Ольшанского, потом обернулся к машинистке: – На сегодня закончили. До завтра, мисс Элис.

Девушка встала, взяла свою сумочку и, попрощавшись, ушла. Зелинский выдвинул ящик стола, вытащил оттуда полпинты виски, скрутил крышку и сделал внушительный глоток, потом протянул бутылку Ефиму:

Ольшанский глотнул виски и вскинул руку в римском приветствии:

– Да здравствует Голливуд!

Мы так любили друг друга

Опутанная сонмом догадок, Лионелла никак не могла отыскать ту единственную, которая выведет ее на правильный путь.

Кто подкинул телефон? И когда?

Она была готова поклясться, что еще вчера Vertu в ее сумке не было. Лионелла, как и Фирсов, звонила на этот номер, но он был недоступен. Отчего же теперь мобильник ответил на вызов Фирсова?

Предположим, что трубка разрядилась и все это время лежала в сумке.