Прости и спаси

Мне страшно упускать ее из виду, потому что вокруг нас сгущается что-то очень нехорошее и я даже не знаю, с какой стороны ждать удара.

Беру себя в руки, иду к дверям ванной, тихо стучу, прислушиваясь к полной тишине.

— Ника! Открой! — не реагирует. — Мне нужно срочно уйти, но я не могу тебя оставить одну! — в ответ тишина. — Ника! Я не шучу, все очень серьезно! — дверь открывается, и моя Лисичка выходит заплаканная. Закрываю глаза, преодолевая желание прижать ее к себе и успокоить, но знаю, что она не дастся. — Собирайся и быстрее!

— Что случилось? Тебе нужно к рыжей, так поезжай.

— Татьяна погибла! — я не хотел пугать ее. Но сейчас не могу выносить ее хлестких слов. Пусть бьет меня потом, немного позже, слишком много за последнее время и я должен это вывезти. Вероника тут же замолкает, распахивает глаза и мотает головой, словно отрицает. — Да, Ника, да…, — голос срывается, и я тру лицо руками, чтобы прийти в себя.

— Как? — тихо спрашивает она, подходя кo мне.

— Не знаю, мне нужно туда ехать. Поэтому собирайся быстрее! — повышаю голос, и Ника разворачивается и бежит в комнату. Мне кажется, я попал в параллельную реальность. Да, я был ментом и повидал много страшных вещей, но никогда не думал, что это коснется меня. Человек так устроен, он умеет сострадать или быть безразличным к чужой беде, но всегда думает, что чужое горе никогда его не коснется.

Я ревновала, я злилась, я тосковала по нашему прошлому, сходила с ума, была в ярости и депрессии, от того что вся правда наконец вылилась наружу. Я хотела, чтобы этот день настал, я представляла его и прокручивала в голове свою реакцию. А когда этот день настал, легче совсем не стало. Мне не хотелось кинуться в его объятья и разрыдаться, мне не хотелось его прощать. Мне просто было невыносимо больно и хотелось отдать хоть каплю боли Марку, чтобы прочувствовал, куда он меня окунул.

Несмотря ни на что, в глубине души, я люблю Марка и, естественно, ревную его к женщине, с которой он живёт. Пока я даже не могла нормально общаться с мужчинами, он прекрасно строил жизнь с другими женщинами. Но я ниқогда не желала смерти Татьяны. Мне стало жутко и страшно, когда Марк сообщил, что женщина мертва. Все сразу отошло на второй план и стало неважным.

Марк ведет машину, словно робот, смотрит в лобовое на дорогу, но, кажется, что не со мной.