Прости меня (СИ)

Я, в нём тоже сейчас утону.

Как только Горский убирает свои руки, и отодвигается от меня где-то на метр. Я снова иду на дно.

Наташа, ты же в детстве умела плавать. В озере купалась! А теперь что? Стала грузом на удочке.

— Так и думал, — Гордей снова меня обхватывает и притягивает к себе.

Мне так страшно становится, что я обхватываю его талию ногами, и крепко к нему прижимаюсь, пока он тащит меня к краю бассейна.

— Если в следующий раз захочешь просто идти на дно, так и скажи. Не геройствуй, — говорит он мне на ухо.

— Ничего я не собиралась идти на дно. Я вообще-то умею плавать. Просто растерялась.

— Я так и понял, черри.

О, нет! Нет! Нет! Нет!

Только не это. Не его голос мне в ухо. Не его аромат мне в лёгкие. И не его член, который сейчас активно упирается мне…

— Можешь меня отпускать, — говорю ему я.

Пора бежать от сюда. Кажется, новая, сильная черри, тут опять начала таять. Как лёд на сковородке.

— Я тебя не держу. Это ты в меня вцепилась.

Точно. Я же его держу ногами за талию.

— Ой, извини. Машинально.

Ты смотри, какой он остроумный стал. Забыл уже, как я час назад, его рогатым скотом обзывала.

На нас давно уже никто не обращает внимания. Но я почему-то вся горю. Надо как-то выбраться с этого чертового бассейна, но ступеньки слишком далеко. Я не доплыву. Я даже по краю бассейна боюсь лезть. Вдруг руки соскользнут, и я пойду на дно.

— Тебе помочь вылезти? Или ты ещё поплаваешь?

Ну, Горский, ты мне за это ответишь. Когда-нибудь мы встретимся, и я отомщу тебе за этот бассейн.

Я такими молниями в него стреляла, что если бы они были настоящие, он был бы уже труп.

— Помоги, конечно. Что тут сидеть?

— Тогда снимай платье.

— Оно слишком тесное, я не смогу тебя в нём поднять. Или поплыли туда, к ступенькам.

— Ладно. Ладно. Сейчас сниму.

Снова приходиться обхватить его бёдра ногами, при этом я стягиваю через себя платье.

Что же это происходит?! Почему между ногами такой пожар? Ещё и Гордей без футболки. Только в штанах.

Дыхание настолько ускорят темп, что ещё немного, и я задохнусь на воздухе.

— Дыши! Дыши! Не думай о том, что твои ноги на его бедрах. А член рядом с трусиками. Твоя чувствительная грудь, хоть и в лифчике, но торкается его голого торса. Не думай об этом. Не думай.

Но, чёрт, я только об этом и думаю.

Гордей забирает моё платье и выкидывает из бассейна. А можно и меня так? И поскорее, пожалуйста.

Но прежде чем это произойдёт.