Прости меня (СИ)

И опять пропустив все эти страхи сквозь себя, я понимаю, что сама в одиночестве не справлюсь. И на второй же день, снова возвращаюсь в общагу.

Танюха счастлива, и на радостях даже плакать начала. Прокричав раз сто, что лучше соседки ей просто не найти.

Поэтому ночь перед возвращением в мой собственный ад, я провожу в веселой компании Тани. Мы вспоминаем все приятные моменты нашего первого курса. И пусть в некоторые моменты мне немного грустно. Особенно когда Таня так подробно рассказывает о вечеринке после моего первого выступления.

В тот вечер Гордей стащил меня с бочки с пивом, и страстно целовал в губы.

Но я делаю вид, что всё так, же ничего не помню. О том, что я всё вспомнила, никто не знает. И так будет и дальше.

Моё пробуждение наступает почти сразу же с рассветом. И как не пытаюсь, не могу уснуть. Душ и крепкий кофе помогают взбодриться и приготовиться к тяжёлому испытанию.

Делаю лёгкую укладку, макияж. Надеваю бежевую шёлковую длинную юбку, и короткий топ. Босоножки на высокой шпильке.

Черная сумочка на цепочке завершает образ.

Вместе с Танюхой выезжаем в институт. Когда такси останавливается и пора покидать салон машины, моя смелость и уверенность рассевается словно туман. Руки начинают дрожать, и внутренняя паника достигает пика.

— Ты как? — интересуется Таня, — Давай постоим, пока я покурю.

Она достает пачку сигарет и подкуривает. Удивительно, но, парковка почти пустая. Точнее не так. Студентов на ней почти нет. Машин же много. Осматриваюсь и понимаю, что ищу всего лишь одну машину.

Его. Когда не нахожу, немного успокаиваюсь. Но ненадолго. Когда вижу Тима, паника возвращается. Я должна притворяться и улыбаться ему, как будто ничего так же не помню. Поэтому пересилив себя и свои дрожание руки, поднимаю ладошку и машу ему.

Волнение моё усиливаться, и даже поднимается давление. Мне так страшно. Когда оказываюсь в ловушке льва, играть и выживать сложнее. Просто представлять себя в этой ловушке, легко. Сложно в ней быть настоящему.

— Дай мне, — протягиваю руку и забираю у Тани дымящую сигарету.

— Но ты, же не куришь, — возмущается она, но пальцы всё-таки разжимает.

Когда делаю первую затяжку, и этот жгучий ад попадает в лёгкие, мне, а ж легче становится. А ведь можно эту дьявольскую панику погасить, таким лёгким способом. Просто покурив.

— Всё меняется милая моя. Теперь курю.

Сигарета тлеет в руках, когда вижу Тимура, идущего нам на встречу. Руки снова начинают дрожать.