Прости за мою любовь

В кино меня позвал, представляешь?

Говорит так, как будто парень не стоит сейчас рядом с нами. Представляю, кажется, она опять не согласилась.… Мучает бедного Кузнецова который месяц уже. Я-то знаю, что он ей нравится, но Маша решила поиграть в недотрогу, подогревает к себе интерес. Просто не хочет быть очередной легкой добычей для популярного у девчонок пятикурсника.

– Никак не могла проснуться. Привет, Леш! – здороваюсь с парнем, стоящим рядом, который при моем появлении как-то стушевался и замолчал. – Как лето? Ездил куда?

– В Крым с пацанами гоняли, с палатками.

Фотки в инстаграм выкладывал, посмотрите, если интересно, – отмер Леха Кузнецов, потирая пальцами небритый подбородок, и обратился к Машке: – Иванова, что насчет кино? Ты меня уже который раз динамишь.

– Я просто очень занятая женщина, Лешик, – совершенно серьезно отвечает ему Маша, а у самой в глазах прыгают чертики и смешинки.

Пора сделать вид, что я очень увлечена своим телефоном. Кузнецов у нас парень непростой: богатенький мажорчик, один из главных красавчиков в универе, любит быть в центре внимания.

Не думаю, что его обрадует «прокат» от Маши. К отказам он не привык, но она ему отказывает уже не в первый раз.

– Леш, у тебя же есть мой номер, вот набери мне через недели две. Или напиши через три. Сейчас я правда, очень занята. На свидания времени ходить нет. Но фотки твои посмотрю обязательно, все отлайкаю, обещаю. Ты там в плавках есть?

Не могу сдержать смеха и отворачиваюсь к окну, чтобы не видеть вытянутое лицо парня.

Интересно, когда она уже ему сдастся? Перегнет палку и надоест ему за ней ходить, у нас в универе красоток полно на любой вкус, цвет и формы.

– Ладно, Иванова. Будем считать, договорились. Но не думай, что я от тебя так просто отстану.

– Даже не надеюсь. – Маша так и светится улыбкой в отбеленные тридцать два зуба. Кузнецов даже подвис на ней, потому что отходить от нас все еще не собирается.

– Нам пора, библиотека и деканат не ждут, – решаюсь вмешаться в разговор, поглядывая на часы, как бы намекая «расходимся, ребята».

Маша уже встает, Леша разворачивается, собираясь уходить, когда опять останавливается, чтобы окликнуть вновь зашедших студентов в холл:

– Какие люди! Мороз! Решил вернуться, доучиться? А говорил, армия тебя ждет.

– Не оборачивайся, – шипит рядом с моим ухом Машка, схватив меня под локоть, тянет в сторону лестниц.

Мне и не нужно оборачиваться, и так понятно, кто зашел в здание, у меня на этого человека как будто внутренний радар стоит.