Просто друзья

Грудь сдавило и тяжело сделать вдох. Мне очень хочется плакать, но сдерживаюсь. Красные и опухшие глаза ни к чему, да и девчонки все поймут.

Считаю до десяти, стараюсь сделать глубокий вдох и шагаю вперед.

В зале нахожу Зойку и подхожу к ней. Спина прямая, взгляд жесткий. Она сама вдруг стала как ледяная скульптура, готовая своим холодом поразить в самое сердце. Одним лишь касание, взглядом, даже своим дыханием. Такую Зойку я не знаю. Милая девочка, что превратилась в настоящую Снежную королеву. Разве такое возможно? А главное, почему? Я не понимаю причины.

– Зойка, да что с тобой? Я тебя чем-то обидела?

– Нет, Мила, все хорошо.

– Я тебе не верю. Ты… другая сегодня. Может, что-то случилось?

– Случилось. Вместо поддержки я услышала голос надменной Милы Навицкой. Тебе важны только ты сама, твои проблемы и твои чувства, – она смерила меня ненавидящим взглядом, от которого хочется убежать. Только обида накрывает с новой силой.

– Прости меня, Зойка, не думала, что тебя задевает…

– Все в порядке, Мила.

Ты иди…

Я отошла к противоположной стене. Мы с Зойкой всегда были вместе. Где она встает, там и я. Сегодня я будто узнала другую Зойку, а может, я никогда ее и не знала.

Неспешной походкой в зал входит Соня. Вот кто надменный, кого заботят только свои проблемы. Она никогда и ни с кем не дружила. Одной ей было комфортно, только изредка она появлялась в компании девчонок, иногда ходила в клуб, как в тот раз, когда я первый раз позвала Глеба.

Меня посетила мысль, а что, если она так же, как и я сейчас, одинока.

Нет ничего лучше, чем надеть маску безразличия, чем признаться в том, что тебе нужен друг. “Там, где есть конкуренция, нет друзей”, – слова Глеба, что сейчас некстати всплыли в моей голове.

До выступления оставался какой-то час. Ирина Григорьевна лютует. Сейчас все идет наперекосяк. Начиная с первых движений ног, все идет не так. Мы не слышим музыку, мышцы словно стали деревянные.

Слова, что летят в нашу сторону, жестоки.

Их хочется пропустить мимо ушей, отбить ракеткой такие тяжелые удары. Но эхо этих оскорблений все-таки доносится до нас.

– Так, девочки, мальчики, – Ирина Григорьевна рассказывает последовательность выступлений. – Собрались. Это не экзамен, самое сложное еще вам предстоит. Но прошу уделить большое внимание этому просмотру. Он может оказаться очень важным для одного из вас.

– Ирина Григорьевна, а сколько человек могут отобрать?

– Думаю не больше двух.