– Да ладно! – отмахнулась мама.
– Вы можете гордиться своей дочерью! С ее помощью разоблачена крупная банда, – сказал Геннадий, – она смело пошла на все, не отказалась нам помочь.
– Да потому, что она в болезненном состоянии была, а вы и воспользовались! – с укором в голосе проговорила Александра Ильинична.
– Ты себя плохо чувствуешь? – встрепенулся Максим.
– Любовь – это тоже болезнь! – пояснила Александра Ильинична. – Психическое заболевание, самое настоящее. Человек пребывает в эйфории, адреналин бурлит в крови! Что он соображает в таком состоянии? Ничего! Вот вы этим и воспользовались! Но больше я вам свою девочку не отдам! Будете иметь дело со мной! Надо же – сунуться в такую опасную банду!
– Да… – Геннадий ослабил ремень на две дырочки.
– Нашли мы у них на фабрике огромную партию наркотиков! Уже доказано, что эти нищие по всему городу распространяли их, выступали в роли наркокурьеров. Их запугивали, применяли к ним жестокие методы воздействия. Думаю, будут доказаны и эпизоды исчезновения людей на фабрике.
Этот Михаил – мутный старикашка, он был сущей находкой для них, все знал и соблюдал нейтралитет, а теперь стал находкой и для нас. Очень охотно сотрудничает с полицией. Так что мы узнаем массу интересного. Все произошло точно так, как я и хотел! Змея обезглавлена! – хвастался Геннадий.
– Может, вам вина налить? – спросила Александра Ильинична.
– Я за рулем, – ответил Максим.
– Я не пью, – честно признался Гриша.
– Понятное дело – спортсмен! – поняла мама Беллы и посмотрела на Геннадия, который явно не должен был отказаться от выпивки.
– Я не могу, – ответил он и наткнулся на удивленный взгляд друга. – Меня Маша дома ждет, я ей обещал не пить. А ты меня знаешь, если я пообещал, это – кремень!
– Маша? Та худенькая блондинка, официантка с фабрики?
– Она. И не смотри на меня так – мол, у тебя таких Маш была сотня! Вот – были, а таких не было! Сам не знаю, как это случилось, – взъерошил волосы Геннадий. – Началось с того, что я не забыл ее имя, ее глаза, ее тепло, ее рассказ…
– Влюбился! – ахнул Максим.
– Да нет, не думаю…
– Очень похоже, – согласилась Александра Ильинична, – кажется, это заразно!"
"– Плохо все‑таки, что я за рулем, – прокашлялся Максим, – такой момент торжественный! – Он встал из‑за стола и подошел к Александре Ильиничне: – Я прошу у вас руки вашей дочери. Я обещаю сделать все возможное и даже невозможное, чтобы она стала счастливой.
