Сейчас медсестра даст тебе лекарства, и баиньки.
Я с трудом шевелю губами.
— Говорю же, не напрягайся! — возмущается друг. — Тебя сбили и оставили помирать. В снегу. Сложный перелом ноги и оскольчатый перелом ребра. Ко всему прочему, ты едва не заработал себе обморожение, так что можно сказать, я вытаскивал тебя с того света вот этим золотыми руками, цены которым нет!
Уверен, в этот момент Андрей влюбленным взглядом посмотрел на свои руки.
— Персонал реанимации трясся над тобой, словно в этом мире заново родился младенец Иисус и срочно нужно его спасти, да простят мне эту шуточку.
Сейчас от тебя требуется только одно — лежать, открывать рот, принимать все, что дают, безропотно и без стремления все ускорить и вскочить раньше времени. Все ясно? Если ясно, снова давай пальчиками… Ага, вот так.
Андрей ходит по палате, я жду, что он еще скажет.
— Шанс выжить и не обморозить при этом конечности был невелик, но тебе повезло несказанно. Ты счастливчик. Однако, надеюсь, что ты больше не поставишь свою жизнь под угрозу.
Также из важных наблюдений. Отец у тебя полный мудак, и я с удовольствием послал его на три буквы. Просто с огромным удовольствием это сделал, когда он начал качать права и утверждать, что тебе лучше будет где-то там, на заграничном лечении! — начал перечислять друг. — И еще одно. Елена, солнышко, Шатохина тоже здесь. В больнице. На сохранении беременности. Перенервничала, пока тебя искали. Ее состояние стабильное, угроза выкидыша миновала, но, по словам моей хорошей знакомой, на всякий случай, надо подержать в отделении еще недельку.
К тому времени ты, если будешь послушным мальчиком, окрепнешь настолько, что сможешь сидеть в кровати, немного говорить и радоваться, что такому балбесу несказанно повезло выжить и стать отцом через несколько месяцев. Вот еще. Лена тебе кое-что записала, просила тебе включить, как только придешь в себя. Включаю.
Андрей откашлялся, словно был смущен тем, что слушал чужие признания. Мне же хотелось слушать и слушать это бесконечно!
— Все, одного раза достаточно! — чрезвычайно довольным тоном мучителя произнес Андрей.
— В следующий услышишь эту запись завтра. Может быть, Шатохина захочет тебе еще что-то сказать… Отец к тебе ломится так, что готов стены проломить. Но я к тебе пока никого пускать не собираюсь, кроме медицинского персонала. Ник с Женей передавали тебе привет. Наш самый старый друг утверждает, что еще попляшет на твоей свадьбе. Не разочаровывай старичка! Выкарабкивайся, отдыхай.
